Четверо крутых парней, владеющих мастерством древнего боевого искусства ‘панкратион’, уходя от преследующей их банды наркоторговцев, попадают в Древний Рим.
Авторы: Большаков Валерий Петрович
и притащил два короба со скорпионами.
– Осторожно, – прокряхтел он, – клетки старые, сухие, трещат уже…
Искандер с Лобановым закинули оба «террариума» во двор. Поднявшийся вой свидетельствовал о попадании…
– Отходим, – решил Лобанов. – Эти сволочи скоро вышибут ворота…
– Пожалуй, – кивнул Лю Ху, выпуская стрелу. Зазевавшийся разбойничек схлопотал подарок…
«Наши» отступили, обходя пылающий дом стороной. Кони стояли оседланными и дожидались хозяев, нервно переступая копытами, фыркая, задирая головы.
Сергий успокоил своего и взлетел в седло.
Именно в этот момент стены дома сложились внутрь, здание с грохотом схлопнулось, подняв тучу искр. Гул пламени перешел в грохочущий рев.
– Всё, уходим!
Сергий пропустил впереди себя Искандера с доктором, философов и покинул горящую усадьбу последним. Сомнения в безопасности отхода его посещали, но оказалось, что зря – над долиной стелилась плотная пелена дыма. Искандер с Ляном быстро растворились в ней, скользя серыми тенями.
Сергию навстречу шевельнулась еще одна тень, четвертая, и обрисовалась Тзаной.
– Ты почему здесь?
– Тебя ждала!
– Рысью отсюда!
Выше долина сужалась, дым сюда не доставал. Вскоре слева вздыбился утес, похожий сбоку на секиру. Он был красный, словно выкрашенный киноварью.
– Сворачиваем!
Кони развернулись, выбрасывая комья земли изпод копыт, и понеслись по узкой расщелине. Сырые каменные стены уходили вверх как по отвесу, ужимая синюю полоску неба. После полоса разошлась пошире, расщелина перешла в ущелье, дно которого было усеяно глыбами камня, покрытыми мхом.
Сделав два поворота, ущелье вывело отряд в густой лес. Изза ближних деревьев выехал Гефестай.
– А мы вас заждались уже, – сообщил он, улыбаясь.
– Как там консул? – поинтересовался Сергий.
– Бодр и весел!
– Поехали тогда.
Отставшие и прикрывавшие отход соединились с «основными силами». Отряд двинулся через лес – по каменному крошеву осыпей, по руслу ручья, чтобы меньше оставлять следов.
За лесом обнаружились поля гаоляна. Метелки вымахали выше роста человека: хорошо скрывали лошадей и даже всадников.
На тракт выезжать не стали, двинулись по ухабистой грунтовке, проложенной между лесом и полем. На юг.
Ближе к берегам Янцзы воздух стал влажным, одежда отсыревала, и солнце не могло высушить ткань. Мокрые пятна удалял лишь жар костра.
Приближение великой реки узнавалось и по другим приметам – теперь дорога или петляла меж озер и болот, или одолевала их по насыпанным дамбам.
И вышла к порту Ханьян.
Городишко сей был мелковат, его даже крепостная стена не огораживала. Жили тут перевозом – десятки барокплоскодонок и сампанов сновали с северного берега к южному и обратно. Везли все – людей, коров, сено, горшки, зерно, лошадей.
Сергий не стал рисковать – прошла уйма времени, и посланные из Лояна гонцы давно бы добрались до Ханьяна, даже если бы двигались неспешным шагом. А римляне, какникак, беглые преступники. Давашфари и вовсе оскорбительница Божественности и Величия…
Лобанов решил сходить на разведку, взяв с обою Го Шу и Лю Ху. Напялив на голову вислую соломенную шляпу, он сильно сутулился и загребал ногами. Даос и конфуцианец плелись рядом.
Конные стражники попадались на каждой улице, но поди пойми, по какому они тут делу…
– Пойдемте к реке, – тихо скомандовал Лобанов. Философы кивнули.
Сергий так низко клонил голову, что лишь запах тинистой влаги поведал ему о близости Янцзы.
Купцы и земледельцы толпились у пристани, ругаясь с лодочниками, стражники равнодушно слонялись в толпе, угодливо расступавшейся перед ними.
Принципкентурион остановил взгляд на вместительной барке. Если другие плавсредства преодолевали водную преграду с помощью весел, то барка двигалась на гужевой тяге – прочный канат, связывающий ее с обоими берегами, перетягивался упряжками волов – в ту или в другую сторону.
Нет, покачал головой Лобанов, это судно «на привязи» не годилось – попробуйка незаметно на нем устройся целым отрядом, да еще с табуном лошадей. Но не вплавь же одолевать великую реку!
Го Шу легонько толкнул принципа и подбородком указал на судно оригинальной конструкции – это был катамаран из двух барок, сплоченных дощатым настилом – хоть стадо коров перевози на нем. Хоть табун лошадей…
Сергий достал из кошеля два кушанских динара и протянул их Го Шу.
– Договоритесь с перевозчиками, – сказал он. – Пусть они поднимутся по реке
