Ритер

решение подарить нашему обожаемому наместнику эту рабыню, – объявил Леодр. – Пусть мое скромное подношение позволит нашему сиятельному боярину изведать столько наслаждений, сколько он заслужил за годы мудрого управления городом.
– А я с удовольствием принимаю дар достойного купца Леодра, – тут же поднялся со своего места боярин.
Радостные подобострастные крики и аплодисменты гостей были ему ответом.
Таня стояла, словно пораженная громом. То, что случилось, было даже страшнее продажи на аукционе. Ее только что всучили как взятку чиновнику. Это было невыносимо. Будущее тоже не сулило ничего хорошего. Было ясно, что наместник будет использовать ее как секс-игрушку, а потом продаст или подарит кому-нибудь, когда она ему наскучит. Но, взглянув в глаза купцу, Таня вдруг поняла, что и это еще не все. Внутренним чутьем она почувствовала, что тот не упустит возможности даже в такой ситуации отомстить ей за ту дерзость, которую она проявила вчера.
Леодр злорадно улыбнулся в лицо Татьяне, а потом повернулся к наместнику и тихо сказал.
– Она твоя. Пользуйся. Да, кстати. Обидно только лишь смотреть на такую красоту. Не хочешь ли насладиться ее прелестями прямо сейчас?
Наместник посмотрел на Таню остекленевшими глазами. Кажется, его сознание уже окончательно помутилось от неожиданно полученного подарка и обилия выпитого вина.
– А что, неплохая мысль, – промычал он, тяжело поднимаясь на ноги. – Иди сюда, девка. Здесь на столе и справим.
– Иди к своему новому хозяину, – подтолкнул Таню к столу Леодр. – Привыкай служить ему, где и когда он захочет.
Разговоры в зале постепенно смолкли. Гости, очевидно, догадались, что сейчас произойдет, и с жадным любопытством уставились на стол наместника. Таня остолбенела от ужаса.
– Вы хотите сделать это здесь, при всех? – выдавила она.
– А что в этом такого? – хохотнул Леодр. – Пусть все увидят, как молод телом и духом наш боярин Урята.
Сидевшие вокруг гости взвыли и принялись аплодировать.
– Наш наместник сейчас всем покажет, что такое по-настоящему овладеть женщиной, – крикнул какой-то заискивающий мужской голос.
– Да, давай сюда, не томи, – нетерпеливо махнул рукой боярин.
И в этот момент словно какая-то пелена слетела с Таниного сознания. Эмоции исчезли, и ее мозг стал работать быстро и четко, как бывало в самые критические моменты ее жизни.
– Конечно, сиятельный боярин, – поклонилась Таня. – Но я удивлена. Неужели великий правитель должен сношаться публично, на потеху толпе?
– Что ты мелешь? – насупил брови Урята. – Я наместник великого князя и боярин древнейшего рода. Я делаю, что хочу и когда хочу. А сейчас я хочу тебя. И пусть присутствующие здесь видят мою мужскую силу.
– Неужели они в ней сомневаются? – деланно изумилась Таня.
– Ты, рабыня, нарываешься на неприятности, – прошипел наместник. – Или ты немедленно пойдешь сюда, или вместо нашего с тобой соития гости увидят жестокую порку рабыни.
– Все будет, как ты захочешь, сиятельный боярин, – снова поклонилась Таня. – Но, подумай, ведь это будет первый раз, когда ты овладеешь мной. Женщина – как цветок. Наибольшее удовольствие получаешь, когда вдыхаешь его аромат в первый раз. И наслаждаться запахами цветов всегда лучше в одиночестве, когда никто не мешает и не отвлекает. В делах любовных тоже требуются тишина и уединенность. Только тогда наслаждение будет полным. Ты же видишь, я теперь твоя, навсегда. Неужели такой сильный и мудрый мужчина, как ты, не в состоянии потерпеть лишь малую толику времени, чтобы получить все, что только можно. А для гостей на этом празднике и без того подготовлено немало развлечений. Они не будут в обиде на тебя.
– Гм. – Воевода склонил голову набок. – Хоть ты и женщина, да еще и варварка, в твоих словах есть доля правды. Похоже, ты большой знаток любовных утех. Это радует. Я обожду.
Он повернулся к Арису.
– Доставить рабыню в мой дворец.
Подбежавший распорядитель потянул Таню к выходу.
Девушка хотела подобрать свою одежду, но тот не дал ей этого сделать, грубо увлекая за собой. Выходя из зала, она услышала голос наместника:
– Я вам не циркач, чтобы сношаться на потеху толпе. Или вы сомневаетесь в моей мужской силе?
– Не-е-ет, – взвыл хор глоток. – Славься, сиятельный боярин.
Распорядитель теперь провел Таню совсем другим путем. Очевидно, тем, которым проходили в зал гости. Стены здесь были драпированы шелком, полы инкрустированы дорогими породами дерева, и почти во всех помещениях стояли красивые мраморные статуи. Потом ее вывели в какой-то боковой проход и заставили спуститься по каменной винтовой лестнице. Вскоре они оказались в каменном дворе-колодце,