Ритер

ответил Арис. – Более того, теперь я понимаю, почему Никита не хотел уходить отсюда и даже обнажил меч против меня. Хвала великой тайне, что я не убил его тогда.
– Так что же, пусть все остается на своих местах? – с вызовом спросила Таня. – Пусть наместник Урята правит городом Нес? Пусть рабыня Татьяна прислуживает ему и танцует для него? И пусть благородный Арис пробирается к ней по ночам, чтобы удовлетворить свою страсть?
– Нет, так не будет, – решительно ответил Арис. – Я вытащу тебя отсюда. Сегодня уже поздно. Скоро рассвет. Мне не удастся укрыть тебя. Но и наместнику сегодня будет не до тебя. Он вообразил, что против него затевается заговор. Сейчас он в пыточной, допрашивает подозреваемых. Он это любит. А страх заставит его выбить из них все до конца. Он не уймется еще дня два.
– Это я сказала ему, – с гордостью заявила Таня.
– Ты лишь поднесла огонь к уже сложенному костру, – отмахнулся Арис. – В городе давно уже были две группировки, которые хотели уничтожить друг друга и искали поддержки наместника. Урята лишь раздумывал, чью сторону принять. Похоже, ты помогла ему сделать выбор.
– Это плохо? – смутилась Таня.
– Одна стая шакалов порвала другую, – усмехнулся Арис. – Ни тебе, ни мне нет до этого никакого дела. Я лишь говорю о том, что Урята вряд ли вспомнит о тебе еще дня два, а то и три. А завтра ночью я приду сюда и уведу тебя отсюда. Ты будешь свободна, клянусь великой тайной.
У Тани слезы навернулись на глаза.
– Благодарю, Арис, – прошептала она.
Он поцеловал ее в губы.
– Все в воле великой тайны. Меня печалит лишь то, что я больше не увижу тебя. Ведь тебе нельзя будет остаться в Несе.
– Найдешь себе другую, – усмехнулась Таня. – Ведь у тебя нет отбоя от красавиц, благородный Арис.
– Это я решу сам, – сухо ответил он. – Я ритер, и мне выбирать.
– Да объясни мне, в конце концов, кто такой ритер, – выпалила Таня. – Вы все так бравируете этой великой тайной. Что это такое? Ты мне можешь сказать?
Арис задумался на несколько секунд.
– Знаешь, недавно я отдал инку одному юноше. Он обрел великую тайну прямо в момент боя. Еще по тому, как он бился, я понял, что на него снизошло. И когда я спросил его, познал ли он великую тайну, он расхохотался и ответил: «Ваша великая тайна – это ничто». Вот это, пожалуй, был самый точный ответ, который мне доводилось слышать. Это ничто. Но это самое дорогое, что остается у тебя. Это то, что превращает весь окружающий тебя мир в ничто. Но это то, что дарит тебе новый мир. Мир, в котором свои законы, свои радости и горести. И, познав его, невозможно жить теми страстями, которыми живут обычные люди. Это все равно что взрослому всерьез играть с пятилетними детьми.
– Но как добиваются понимания великой тайны?
– Я не знаю, как это приходит к мастерам мирных профессий или к жрецам, – покачал головой Арис. – У ритеров она всегда связана с дыханием смерти. Когда воин оказывается лицом к лицу со смертельной опасностью, в нем просыпается зверь. Это самое простое, искать спасение в низменном, проверенном, простейшем. Но когда опасность так велика, что зверь не справляется, воин или погибает, или хватается за то, что идет к нему свыше, за великую тайну. Как говорил мой учитель, когда враги вокруг и через их строй не пробиться, остается только взлететь. Взлететь над миром, это и есть великая тайна. Она позволяет видеть все в истинном свете. Она не обманывает никогда.
– И ты никогда не ошибаешься?
– Ошибаюсь, – спокойно ответил он, – когда не следую великой тайне.
– И сюда тебя привела великая тайна? – усмехнулась Таня.
– Нет, любовь к тебе.
– А великая тайна? – спросила она.
– Она говорила, что идти к тебе смертельно опасно, – без тени иронии ответил он.
– И ты…
Он поднес палец к ее губам.
– Ни слова больше. Рассвет близится неумолимо. День разлучит нас до темна, и эти часы покажутся мне вечностью. Не будем больше терять времени.
Он обнял ее, и Таня почувствовала, как желание снова поднимается в ней неудержимым вихрем.

Арис исчез перед рассветом, буквально растворился во тьме. Или Тане только так показалось, когда фигура в черном, звякнув на прощание мечами, выскользнула за дверь. Девушка еще долго лежала, укрывшись покрывалом, а потом сама и не заметила, как провалилась в блаженный сон.
Там, в мире грез, они вместе с любимым неслись по огромному, полному цветов полю на двух резвых конях. Солнце ласкало их своими лучами, а теплый ветер летел навстречу и пел песню о вечной любви. Это продолжалось долго, очень долго, или всего лишь миг. Но в последнее мгновение перед пробуждением Тане почудилось, что какая-то