Ритер

некоего купца, который поставлял продукты во дворец наместника, и тут же устроился грузчиком в очередной обоз, который вез еду для кухни боярина. Вскоре ворота внутреннего двора дворца наместника радушно распахнулись перед ним. Окрыленный первым успехом, Антон улучил момент, когда стражники и повара отвлеклись, и скользнул в какой-то темный коридор.
Ему снова повезло. Быстро выяснилось, что именно этим путем готовые блюда доставлялись в ту часть дома, где жил боярин Урята. Дождавшись одинокого лакея, Антон оглушил его ударом в затылок, затащил в кладовку, раздел и крепко связал найденными там веревками. Ливрея, представлявшая собой широкие штаны с балахоном неопределенного размера, подошла превосходно. Вновь переодевшись, Антон продолжил свой путь. Все происходящее напоминало какой-то старый авантюрный фильм, не то про отважного французского дворянина в исполнении Жана Маре, не то про Джеймса Бонда, и казалось столь же нереальным, как фантазии киношников. Но все это происходило на самом деле, и Антон лишь удивлялся, что ему удалось проникнуть в логово врага с такой легкостью.
Он прошел еще несколькими коридорами и миновал несколько комнат, где суетились или судачили между собой слуги. В одном месте его даже окликнули и спросили, куда это идет «новенький» лакей. С апломбом ответив, что выполняет срочный приказ старшего, Антон продолжил свой путь, и никто его не стал задерживать.
Вскоре Антон поднялся на этаж, где к своему испугу лицом к лицу столкнулся с одним из воинов Ариса. Страж грозно спросил у него, что требуется кухонному слуге в покоях князя. Сообразив, что версия со старшим здесь не пройдет, Антон решил пойти ва-банк. Низко поклонившись, он сообщил, что повар послал его выяснить, что требуется подать сегодня на ужин юной танцовщице, подаренной вчера наместнику.
– Это тебе не сюда, – зевнул страж. – Иди в женскую половину. По той лестнице вниз, подземным ходом налево. Там спросишь у распорядительницы.
Низко поклонившись, Антон направился в указанном направлении. Он быстро нашел нужную лестницу и коридор, который, как ни странно, очень быстро привел его в тупик. Пробормотав пару «ласковых» слов в адрес решившего пошутить стражника (недаром, видать, этот бородач так нехорошо усмехнулся, указывая направление), Антон направился в обратный путь, свернул за угол и…
Антон даже не почувствовал удара. Просто понял, что теряет сознание. А еще, уже в угасающем мозгу возникла мысль, что его тайна раскрыта.
Очнулся Антон связанным, уже в этом каземате, тускло освещенном единственным светильником, укрепленным на стене. Первая же попытка пошевелиться вызвала страшную боль из-за искусно наложенных пут. В голове шумело. Страшно хотелось пить. Но сейчас, когда попытка подползти к стене, чтобы слизать с нее конденсат, не увенчалась успехом, Антон понял, что даже в этом будет вынужден положиться на добрую волю своих тюремщиков. Он был раскрыт и схвачен и всецело зависел от заточивших его людей.
Со вздохом вспомнил Антон, как, покидая дом Аине, чувствовал настойчивый голос интуиции, убеждавший, что его замысел обречен на провал. Может, это и был шепот великой тайны? Тогда он принял этот «голос» за отражение собственных страхов и заставил замолчать. Напрасно, как выяснилось. Теперь оставалось надеяться лишь на чудо, которое спасет его, молодого ритера, на свою беду не послушавшего предостережений великой тайны. А иначе так и останется Антон безвестным человеком, попытавшимся проникнуть в покои наместника, но схваченным и, наверное, замученным стражей. Удивительно, но смерть и даже перспектива пыток не пугали сейчас Антона. Единственное, что печалило его сейчас, это то, что Таня так и останется в рабстве у наместника. А еще чуть-чуть жаль было Симе, которой он так резко отказал совсем недавно.
В коридоре послышались быстрые шаги и бряцание оружия. Дверь отворилась, и в камеру быстро вошел Арис в сопровождении двоих своих воинов. В руке начальник внешней стражи нес нож Антона. Когда Арис увидел связанного пленника, обычно невозмутимое его лицо исказилось гримасой крайнего удивления. Впрочем, ритер быстро овладел собой.
– Развяжите его и выйдите, – распорядился он. – Быстро.
Стражники в считанные секунды развязали веревки, помогли пленнику подняться на ноги и выскочили за дверь.
– Это ты? – тихо спросил Арис, когда они вышли.
– Как видишь. – Антон быстро растирал затекшие запястья.
– Но зачем? – Арис поднес к глазам отобранный у Антона нож.
Антон почувствовал, что скрывать правду бессмысленно.
– Вчера на пиру воеводе подарили танцовщицу… – начал он.
– Я понял, – резко прервал его Арис. – И ты думал, что обманешь меня и