Роден

место татуировки немного ныло, широкую белую тунику с открытым плėчом, из-под которой выглядывает лямка бюстгальтера. Распустила волосы, перекинула их через плечо,и надела черные очки, поскольку выглянуло солнце и жизнь начала казаться не такой паршивой. Если с тобой рядом нет человека, который не может с утра поднять тебе настроение – сделай это сама! Вот с таким девизом я вновь вызвала такси и поехала к отцу.
   Мой папа, в отличие от Павла, не строит из себя старого графа и живет скромнее, чем мы, хотя может пoзволить себе гораздо больше. Женившись, он построил небольшой уютный дом в тихом зеленом районе. Воздух здесь чище и даже трава кажется зеленее. Вдыхаю полной грудью теплый воздух, в котором витает запах мокрой травы и цветов из папиного сада. Идеальное место, напоминающее дачу. Что-то похожее на двухэтажные домики из голливудских фильмов, возле которых белые заборчики и идеально зеленый газон. Если бы не папина жена, младше мėня на шесть лет, я бы, наверное, поҗила здесь недельку другую.
   Передо мной разъезжаются автоматические ворота,и на встречу летит папин белый лабрадор. Старый пес почти сбивает меня с ног, прыгая и интенсивно виляя хвостом.
   — Все, Дик, я тоже рада тебя видеть! – глажу пса и смеюсь, когда пес оставляет отпечаток лапы на белой тунике. – Фу, Дик, – усмехаюсь, когда сoбака не реагирует на команды и хочет меня лизнуть.
   — Дик, место! – четкий приказ папы и пес тут же отбегает от меня, cадясь возле крыльца. Не удивительно, мой отец может выдрессировать кого угодно и не только собаку. Все его подчинение трясется только от одного взгляда. И я тоже в детстве его боялась, хотя он никогда не повышал на меня тон и даже пальцем не трогал. Папе не нужно кричать и применять силу, чтобы его боялись, уважали или делали то, что он хочет. Выправка, осанка,тембр голоса и взгляд — заставляют людей подчиняться.
   — Ну, обними старика, – ухмыляется папа и раскрывает объятья, встречая меня на крыльце.
   — Сейчас ты наговоришь. Τы совсем не похож на старика, не был бы ты моим отцом, я бы, наверное, потеряла от тебя голову, — шучу я, но не льщу. Мой отец действительно хорош собой. Высокий, статный брюнет с легкой сединой в волосах. Военная выправка, всегда опрятный и вкусно пахнущий холодным свежим парфюмом. Никогда не видела его неопрятным, даже пьяным, что случается редко, поскольку моего отца сложно спoить . В общем, мой папа — тот ещё мужчина – настоящий полковник. Я могу сказать спасибо его молодой жене только за то, что он стал с ней более мягкий и добрый. Мама всегда говорила, что отец — циник, не романтичный и жесткий, но с ним ничего не страшно.
   Обнимаю отца, а он крепко стискивает меня в своих объятьях,и гладит по волосам. Это странно,так отец делает только, когда что–то случается. Неужели, прознал про развод и сейчас начнет отговаривать?! Да не может быть,тогда бы он не был со мной так мил, да и Паша не мог ему рассказать, это не в его интересах.
   — Пап, что–то случилось? — спрашиваю я, посматривая на него с подозрением, когда мы проходим в дом.
   — Все хорошо, — спокойно отвечает он. — А вот у тебя, похоже, нет, – уверенно говорит он, подставляет предплечье, что бы я взяла его под руку, и ведет в гостиную.
   — С чего ты взял? — пытаюсь быть беззаботной, но отца не обманешь.
   — Ты без косметики, одета, как школьница-бунтарка, совершенно не в своем стиле, и постоянно прячешь за улыбкой тоску и переживания, — мой отец отличный психолог, и от него очень сложно что–то скрыть .
   — Просто вчера вспомнила маму, и стало очень грустно. Погода с утра нагнала тоску, но уже все хорошо, — папа смотрит на меня с подозрением, прищуривая глаза, а я стараюсь выдержать его тяжелый взгляд. Похоже, отец мне не верит, но с расспросами не лезет.
   — Привет, – в комнату проходи Алена. Девушке двадцать пять, но выглядит она как девочка, ее можно принять не то что за дочь отца, а даже за внучку, а моего папу за извращенца. Алена мила и симпатична. Длинные пшеничные волосы с интересным рыжеватым оттенком, легкие веснушки на щеках и носу, которые она не маскирует, розовые губки бантиком, милая улыбка,и минимум косметики, только тушь и блеск для губ. Выглядит наивным одуванчиком с всегда грустными голубыми глазками, но я почему-то ей не верю. Ну не укладывается у меня в голове, как такая девочка могла полюбить моего отца без корыстных мотивов!
   — Здравствуй, Алена, как дела? – интересуюсь я. Мне не пятнадцать лет,и я в открытую не показываю, что не доверяю этой девушке, в конце концов, мой отец счастлив с ней.
   — Все хорошо, – улыбается Алена, подходит к отцу, словно ищет в нем защиту от меня. Видно, из меня плохая актриса и я не могу скрыть, что не доверяю этой белой и пушистой зайке с всегда грустными глазками,