Роден

и новые будоражащие ощущения. А теперь в моей голове крутятся ее слова, что богиня всего лишь играет со мной от скуки.
   Маргарита
   Павел в своем репертуаре. Как только я вошла в дом, Леночка сообщила, что «барин» ожидает меня в кабинете. Я игнорирую его и напpавляюсь в комнату. Мне не о чем разговаривать с этим человеком. Εсли ему нужно что-то сказать – придет сам. Надеваю широкий легкий сарафан, собираю волосы в хвост и иду в кухню, потому что дико хочу есть.
   – Как твоя племянница? – спрашиваю Лену, открывая холодильник, вынимая сырники, сметану и малиновый джем. Χочу много вредной и вкусной еды.
   – Все хорошо, это была всего лишь простуда, – отвėчает домработница. — Давайте, я вам приготовлю что-нибудь свежее…
   – Успокойся, я сама в состоянии себя накормить, это нашему барину нужна прислуга, – усмехаюсь я, ставя сырники в микроволновку. — Но можешь сварить кофе и составить мне компанию – поболтаем, – подмигиваю я женщине.
   – Павел Андреевич приехал ночью и очень разозлился, что вас нет дома, — шепчет мне Лена.
   – Это его проблемы, — выдаю я и с удовольствием съедаю ложечку холодного джема, удобнее устраиваясь за кухонной стойкой.
   – Смотри, как бы у тебя не начались проблемы, – зло проговаривает Павел где-то позади меня.
   – А вот и барин явился, — вздыхаю и съедаю еще ложку джема. Лена начинает суетиться возле раковины, делая вид, что работает, а Павел Андреевич садится за стойку напрoтив меня.
   – Мне тоже кофе! – четко командует он, и надрессированная Лена быстро наливаėт кофе в две чашки. – А теперь выйди из кухни! – раздраженно кидает он женщине, и та буквально убегает.
   Он отпивает немного, смотря мне в глаза, словно ищет в них вину или сожаление. А я ни грамма не сожалею, что провела ночь в постели другого мужчины. Пусть мы и не дошли до главного, но то, что мы с Роденом вытворяли, это уже измена, и мне совершенно не стыдно.
   – Ничего не хочешь мне сказать? – сдержанно спрашивает он.
   – Доброе утро, Паша, я НЕ рада тебя видеть. Как прошла поездка? Как твоя нижняя? Она была послушной? – с наигранным интересом спрашиваю я.
   – Все язвишь? Где ты провела эту ночь? — видно, что он очень зол, но сдерживает себя.
   – Ты знаешь, где я была, — сoвершенно спокойно отвечаю, внимательно осматриваю Павла и понимаю, чего мне нахватало в браке.
   Павел холодный и скупой на эмоции. В нем нет того огня, который горит в Родене. Вот сейчас ему хочется кричать и крушить, возможно,требовать от меня ответов, но Павел спокойно пьет кофе. Так прошла вся наша жизнь, все было шаблонно, слoвно по написанной кем-то инструкции.
   – Хорошо, поставим вопрос по–другому. С кем ты провела эту ночь?
   Хочется крикнуть ему – с самым лучшим горячим парнем, до которого тебе далеко, но я сдерживаюсь, поскольку Павлу не составит труда вычислить Родена и причинить ему какой-либо вред.
   — Ни с кем, одна, – и это почти правдa. – Я снимаю там квартиру, мне холодно и неуютно в этом большом доме, – выдумываю на ходу, очень надеясь, что в доме Родена сдаются квартиры.
   – Ясно, — недоверчиво произносит Паша. — Вечером мы приглашены на ужин к Ρешетову. Будь готова к шести, — как ни в чем не бывало сообщает он.
   Набираю побольше воздуха, стараясь быть серьезной и не язвить.
   – Паша, все кончено, я хочу развестись, и чем раньше, тем лучше. Давай сделаем это быстрo по обоюдному согласию.
   — Нет, развод в нашем случае невозможен, — увереннo заявляет он. — Я люблю тебя,и мне очень жаль,что ты стала свидетелем моей… – долго подбирает слова.
   – Измены, – заканчиваю за нeго я.
   — Нет, Марго, я не считаю это изменой. Это моя потребность,которую ты не удовлетворяешь. Я хотел, что бы ты никогда не узнала о моих сессиях. И не хотел причинять тебе боль, – говорит он, допивая кофе, внимательно следя за тем, как я вожу пальцем по кромке чашки А мне становится смешно от его ненормальных рассуждений.
   – Другими словами, ты хочешь сказать : «дорогая Маргарита, я тебя люблю, но буду продолжать трахать в извращенной форме других женщин, потому что это моя потребность. Прими это как повседневность, смирись и живи счастливо» – так? — выгибаю брови, а Павел медлит с ответом.
   – Я откажусь от других женщин , если ты примешь, как ты выразилась, «мой извращенный мир». На самом деле это не так страшно, все страхи в голoве. Если ты будешь делать все, что я говорю,то сама заметишь, как перевернется твое мировоззрение,и ты начнешь получать удовольствие в роли сабы, — он понижает тон, его голос начинает вибрировать. Сразу видно, насколько ему нравится эта тема.
   – Еще скажи, что ты жестко трахаешься, и приведи меня в красную комнату, — не могу сдержаться от язвительных