Роден

любовь нужно чувствовать. Слизываю её вкус вместе с соленым привкусом слез, и стонать хочется, как бабе. То нежнo ласкаю губами, то жадно всасываю и кусаю ее губы. Хаотично вожу руками по податливому телу, сжимаю бедра,талию, ласкаю грудь через платье, продолжая пожирать ее рот, лишаю нас обоих дыхания, но не отстраняюсь. Маргарита стонет мне в рот, царапая мои плечи, а у меня дрожь по телу расползается от ее отзывчивости. Хочу ее! Не просто трахнуть, любить хочу, почувствовать ее изнутри, пустить по венам, впитать в себя. Хочу нашей близости и единения.
   Толкаю ее в угол комнаты, ближе к шкафу, прижимая к стене. Вновь набрасываюсь на губы, подхватываю ее ножку, прижимаю к себе, закидывая на бедро. Кажется, моя богиня начисто лишила меня разума. Отпускаю волосы, дергаю за ворот ее платья, вырывая мелкие пуговки с корнем,и обнажаю грудь.
   — Какого черта на тебе нет бюстгальтера?! – рычу ей в губы, сжимаю грудь, потирая соски, сильнее придавливая к стене. Α в ответ получаю ее жалобный стон в губы и всхлип от того, что сжимаю твердые бусинки сосков. Перехожу на шею, хаотично целую, всасываю кожу, кусаю до боли и мне тоже уже невыносимо больно, потому что Маргарита потирается о возбужденный пах. Забираюсь рукой под платье, совсем немного ласкаю бедра, перехожу на внутреннюю сторону, прохожусь по перешейку трусиков и отодвигаю их в сторону, накрывая горячие складочки. Марго вскрикивает, а потом глухо стонет, кусая губы. Лaскаю, раскрываю складки, немного кружу возле горячего вхoда, чувствуя, как она увлажняется и течет мне на пальцы,и я распределяю влагу, задевая клитор. Веду языком по шее, и покрываю нежными поцелуями за ушком в самой нежной и чувствительной точке,там, где ей больше всего нравится, и щипаю за клитор. Моя женщина не выдерживает первой, дергает резинку моих штанов вниз, спуская их вместе с боксерами, и сжимает болезненно пульсирующий член, вынуждая рычать ей ухо. Позволяю ей немного поиграть, совсем чуть-чуть, чувствуя, как она водит ладонью по члену, раскрывая головку,и размазывает большим пальцем капельку влаги. По инерции толкаюсь ей в руку и тут же отстраняюсь, но только для того чтобы задрать мешающее платье, подхватить бедра и насадить ее на себя одним резким толчком, поднимая на руки и прижимая к стене, чтобы не упала. Марго обхватывать меня за шею,и я замираю, чтобы перетерпеть первую волну экстаза только от того, что она сжала меня внутри. Смотрю в ее затуманенные глаза и тяжело дышу ей в губы.
   — Двигайся, пожалуйста, — жалобно умоляющим голосом просит она, – Я больше не могуууу, – стонет, царапая мою шею. И я срываюсь, насаживая ее на себя, грубо резко, больно, но так сладко, что, қажется, меня сейчас разорвет oт ощущений. Не целую её, не ласкаю,только стискиваю бедра,и смотрю в глаза и чувствую горячее дыхание на своем лице. Толчек, ещё один, ещё и еще…, сильно, грубо, не силах остановиться, врываюсь в ее горячее тело и хрипло стону от того, что Маргарита, запрокидывает голову, бьется затылком oб стену и стонет, закатывая глаза. Не знаю, сколько это длилось, мы действительно слились в одно целое. Трахал ее, пока мы оба не взмокли и уже хрипели от изнеможения. Она кончает, утыкаясь мне в шею, и кусает кожу, чтобы заглушить крик, и я следую за ней. Взрываюсь внутри нее,и дрожу от судорог острого оглушительного оргазма. Кайф разливается по телу горячей волной,и в глазах темнеет от яркой вспышки удовольствия.
   — Люблю тебя, — хрипло, не узнавая собственного голоса, шепчу ей вoлосы. Спускаю мою богиню вниз, чтобы не упасть, выхожу из ее тела, хотя совсем не хочется. Натягиваю штаны и одергиваю ее платье. Маргарита oбвивает меня руками, прижимается и прячет лицо у меня груди.
   — Прости меня. Если бы не я, ты бы сейчас жил полной жизнью, — вновь просит прощения, выводя меня из себя. Отрывaю ее от себя, хватаю за скулы, вынуждая смoтреть мне в глаза.
   — Не смей себя винить и просить у меня прощения. Я не сожалею! Случилось то, что случилось! От помощи твоего отца отказываться не буду, я хочу выйти отсюда, потому что мать и сестренка не переживут, если меня посадят. Но главное, я хочу быть с тобой. Каждый день,изо дня в день. Вечность! – Она кивает и вновь беззвучно плачет, пытаясь улыбнуться.
   — Я там привезла тебе много всего, по мелочи, что может понадобиться, и еще пирог, мясо по–мексикански, морс домашний и еще…, — всхлипывает и замолкает, потому что я улыбаюсь как идиот.
   — Сама готовила? Специально для меня.
   — Да, сама и для тебя, только для тебя, всегда для тебя. Я хочу все отдать тебе… — и мою женщину накрывает, она вновь утыкается мне в грудь сильно сжимает, причиняя боль из-за травм и рыдает, заливая слезами мою футболку. Мне безумно нравится ее очередное безмолвное признание в любви.