Родина

врачи. Инженеры, в общем. Типа элита. В порту они не живут. Там дальше, в море, есть остров. Говорят, там у них свой городок. Он закрытый. Никто из наших там не бывал. В порту есть больница и училище. Там принимают всех. Отсюда туда трамвай ходит. Пять копеек билет. Говорят, что федералы тоже не могут назад уйти. Только военные и вербовщики. Этот козёл в очках из вербовщиков.
Что ещё? А! Климат. Холодно здесь. Не Душанбе, однозначно. Не обращайте внимания — сейчас разгар лета. Конец июня. Календарь с той Землёй не совпадает. А так — всё путём. День — как день, год — как год. А, вот ещё. Тут Луна дымчатая такая. В училище мне говорили, что там слабая атмосфера есть. Астрономы с ума сходят, в общем.
— А с нами что будет? — В голосах женщин звучала истерика.
Народ дружно поддержал.
— Да! А мы? Что с нами?
— Так. Вы. Запомните. Здесь нет никаких социальных служб. Всё — только сами. Надеяться можно или на семью или на общину. Только так.
Первое. Если вы нужный специалист, то можете в управе получить должность, жильё, заплату и карточки. Мыло, шампунь, туалетная бумага… то… сё. Жизнь в посёлке не богатая, но стабильная, безопасная и надёжная. Список нужных специальностей найдёте возле управы, где газеты ‘с материка’ вывешивают.
Второе. Уйти на хутора. Попроситься в общины. Там сельское хозяйство и ремёсла. Если примут, то, считай, повезло. Сытнее там. Правда новеньким вкалывать приходится. Пока пай отработаешь… эх. — Славка помрачнел.
— Или самим, в чистом поле, устраиваться. Тяжело и опасно. Милиции то тут нет. Это в посёлках за порядком следят, а там… Будьте осторожнее. Ну и всё, в общем.
А! — Парень подпрыгнул. — Запомните. Здесь всё, кроме еды, ДЕФИЦИТ. Будьте бережливы. С Земли завозят мало чего. Лекарства, витамины. Ткань, да нитки. В основном со старых военных складов. Иногда такая археология встречается… мама не горюй!
— А еда?
— А что еда? Еды здесь много. Она дешёвая и чистая. Жри от пуза. Кофе нет, шоколада тоже нет. А всё что здесь растёт и бегает — есть. Фермеры у нас молодцы. Так что, если у вас есть что-то лишнее, то вы можете это хорошо продать на рынке. Шоколад. Или Playboy. С руками оторвут. Книги. Ноутбуки с фильмами и музыкой очень ценятся. А сотки — нет. Нет здесь сотовой связи. Только рации. Ладно, ребята, уже поздно. Я пошёл. Завтра приду — поговорим.

Вернувшись в домик, Светка закатила истерику. Ленка смотрела на неё, крепилась, но тоже зашмыгала носом и разревелась. Дети, весело носившиеся по дому, притихли и забились в уголок, глядя, как плачут их мамы. Вовка достал бутылку водки.
Сашка посмотрел на литр ‘Финляндии’ и отрицательно покачал головой. Ноутбуков в их багаже не было.

‘Начальнику оперативного отдела,

От агента ‘Таджик’

Донесение.

По результатам беседы, опасных лиц не выявлено. Подозрительными считаю № 1, 8, 14 из списка. Рекомендую дополнительное собеседование.’

Алматинская область.

Ноябрь 2009 г.

Где-то за Каменным хребтом, Родина.

Январь 11 г.

С Лялькой вышел облом. Недоверчиво выслушав историю, рассказанную Максом, она повертела в руках медвежий или чей там, коготь и задала вопрос по существу.
— И чего?
Макс растерялся. Действительно ‘чего’? Что со всем этим делать?
— Хочешь, я тебя туда свожу?
Лейла жалостливо посмотрела на своего, почти что, мужа.
— Ванну прими. Завтра туда поедем.
‘Выдумщик он у меня. И фантазёр’

Всё следующее утро Макс буксовал по просёлку на своей ‘Витаре’. Лялька недовольно косилась на пиво, затыкала уши (‘ЧайФ’ она на дух не переносила) и с сомнением выслушивала попытки Максима петь. Тот, чувствуя всё возрастающую неуверенность, нервничал, потел и пытался сделать то, ради чего он привёз свою девушку в такую даль, да ещё спозаранку. Ничего не получалось. Затылок немножко оттягивало, но виски были в полном порядке. Покатавшись с часок по мокрым выбоинам, они оба устали. Морось перешла в мелкую ледяную крупу и заметно похолодало.
— Всё, милый. Поехали домой.
Макс оцепенело сидел, вцепившись в руль и уставясь в точку за горизонтом.
‘Не верит’
— Ляля, а ну-ка, выйди из машины!