Родная кровь

В отлучке был. Вот домой возвращаюсь.
— Непохож ты на местных, — фыркнул воин. — Ты себя в зеркале видел, парень?
Я растерянно осмотрел себя. А ведь и правда, выглядел я потрепанным жизнью наемником. Так и не сменил одежду после той битвы. Еще в магической куртке, на ногах тяжелые латные поножи, у пояса длинный меч. И хоть я пытался очистить снегом грязь и кровь с одежды, но так и не смог вывести подозрительные бурые пятна. В мирное время меня загребли бы в темницу без разговоров.
— Тем не менее это так, — сказал я. — Был на границе по поручению капитана Тоха Альена. Кстати, где я могу его найти?
— Документы! — потребовал стражник, пропустив мимо ушей вопрос— А вдруг ты имперский шпион? Или хуже того — служитель богов!
Воин нахмурился, схватился за меч слегка картинным движением. Я огляделся и скривился. Вот вымогатель! Люди проходили через ворота беспрепятственно. Остальные стражники сонно клевали носами, позевывали и лениво травили шуточки. На нас смотрели с любопытством и издевкой, шушукались. Стало ясно: этот или самый добросовестный, или просто хочет заработать.
Стражник протянул раскрытую ладонь, сердито топнул ногой. Я хмыкнул, извлек из кармана серебряную монету и бросил ему. Воин поймал ее в полете, быстро спрятал за пазухой. На толстощеком обветренном лице появилась хитрая улыбка.
— Теперь можно пройти? — спросил я нетерпеливо и потянул коня за повод.
Толстый стражник загородил дорогу, сердито напыжился.
— Ты не все документы показал, парень, — сказал воин и алчно облизнулся. Вновь протянул руку.
— По-моему, тебе не место в страже, — сказал я с непроницаемым лицом.
В душе вспыхнуло бешенство. Страна под угрозой войны, а такие твари наживаются. Увидел, что я не протестую и деньги водятся, вот и решил пощипать. Я сосредоточился и прошептал простенькое заклинание.
— Не твоего ума дело, — хохотнул стражник и внаглую потребовал:, — Гони деньгу, парень. А то не пустим. Будешь под стенами ночевать…
Тут он осекся, схватился за горло и захрипел. Глаза полезли на лоб, а щеки еще больше покраснели. Упал на колени, задергался, пытаясь освободиться из невидимого захвата. Дружки его почуяли неладное, переглянулись. Вытащили мечи из ножен и пошли ко мне.
— А ну стоять, твари! — страшным голосом взревел я. Шепнул еще одно заклинание. В ладони тут же вспыхнул небольшой огненный шар. Стражники попятились, подняли руки, оберегая глаза от чудовищного жара. «От чего ушли, к тому и пришли», — подумал я, с отвращением глядя на испуганные лица. Перевел взгляд на толстого воина. Морда посерела, по лбу градом катился пот. Уже и не хрипел, а сипел, задыхаясь. Я сжалился, заставил невидимые клешни разжаться. Стражник хватанул ртом воздух, рухнул мне под ноги.
— Кто командир? — спросил я с холодком в голосе.
Из рядов стражей несмело выступил тощий светловолосый мужчина, чем-то напоминающий Максимуса. Глянул со злостью, но опасливо покосился на огненный шар в моей руке и смолчал.
— Когда закончится смена, приведешь бойцов к капитану Тоху Альену, — жестко сказал я — И все подробно расскажешь. Правдиво! Иначе найду и сожгу к Мрону!
Командир отшатнулся, в испуге выпучив глаза. Стражи за его спиной охнули в один голос.
— Только не к Альену, господин! — проблеял воин. — Этот изверг нас выпотрошит. Он же оборотень!
— Именно к нему, — ласково сказал я. По бегающим глазам командира понял, что тот ищет способ увильнуть и не прийти. Или просто соврать. — А я проверю. Если не выполните… гм… просьбу, найду и накажу!
Пнул стонавшего у моих ног толстяка и уверенно пошел вперед. Стражники расступились, пропустили меня вместе с конем. Я чувствовал скользящие по мне ошеломленные взгляды, потом свернул на центральную улицу. Огненный шар потушил, сплюнул с отвращением. Сколько шакалов развелось! Именно в трудные времена и проверяются люди.
Я шел по улицам, осматривался, будто был тут в первый раз. Гент стал для меня родным за несколько лет учебы в университете, потом работы в мастерской Логана. Тут впервые я влюбился без памяти. Тут жили мои родственники, друзья и знакомые. Я знал каждую улочку, каждый закоулок и дом. И сейчас мне больно было видеть город таким. Шумные и оживленные ранее улицы стали почти безлюдными. Окна многих домов заколочены. Жильцы сбежали куда-то, оставив квартиры на разграбление возможным захватчикам и случайным ворам. Среди гор мусора бродили лохматые ободранные псы. И тишина… Не слышно было разговоров, смеха и пения, не гремел ремесленный район. Жуткое ощущение. Изредка попадались угрюмые и обозленные люди. Шли быстро, на меня старались не смотреть. Прошмыгивали вдоль домов, прятались в подворотнях.