Родная кровь

байки…
— И?.. — не понял я.
— Одна из них о древних магах, — медленно сказал Рол. — Мол, жили когда-то чародеи, боролись с силами Зла, защищали свою страну… И ходили с такими вот штуковинами. — Парень кивнул в сторону тачанки — с края выглядывало оголовье посоха. — Люди разное говорили. Но сходились в мысли, что сильнее тех волшебников не было никого.
Следопыт уставился на меня с ожиданием, даже дышать перестал. Я смущенно кашлянул и пожал плечами. Если начну рассказывать, то это вызовет еще больше вопросов. И ответить на многие я не смогу.
— Сказки, Рол, — сказал я с неловкостью. — Просто сказки.
— Некромант тоже сказки? — поддел воин.
— Не совсем, — признал я. — Но некоторых вещей лучше не знать. Оно тебе надо?
Рол помолчал, окинул меня внимательным взглядом. На лбу собрались глубокие складки, брови сошлись на переносице. Воин о чем-то напряженно думал.
— Меньше знаешь — крепче спишь? — спросил он с усмешкой.
— Именно так, — убежденно сказал я. — Забудь. И еще… когда остальные придут в себя, не говори им, пожалуйста. Что-нибудь придумай. Имперский отряд, засада или что-то еще.
Следопыт опять помолчал, потом посмотрел мне в глаза и кивнул.
— Хорошо. Не буду, — пообещал Рол и добавил с легкой усмешкой: — Теперь понимаю, почему на задание послали именно тебя. Не беспокойся, я с тобой.
Я не стал спрашивать. Пусть придумывает что хочет. Главное — пообещал молчать. А такие люди не обманывают. Честь для них дороже жизни.
Внезапно следопыт встрепенулся, рывком вскочил на ноги и вытащил меч из ножен. Я прислушался: дальше по дороге раздавался стук копыт, бряцанье железа, чьи-то голоса.
— Большой отряд, — коротко сказал Рол. В его голосе послышались низкие, угрожающие нотки. — Сейчас будут тут.
Я кое-как поднялся, взял посох с тачанки. Прислушался к своим ощущениям. Нет, драться не смогу. Меня хватит лишь на несколько заклятий. Ядро истощено, нужно время, чтобы восстановиться. Еще два часа назад чувствовал себя птицей в небесах, энергия выплескивалась через край. А сейчас пуст как скорлупа ореха. В душе вспыхнуло отчаяние: только выбрались, выжили… Неужели без толку?
Из-за поворота вылетели всадники на могучих конях. Воины огромные, сильные. На доспехах играли первые лучи солнца. На мужественных лицах — грозное веселье, воины успевали смеяться и перешучиваться на скаку. Ветер трепал флажки на остриях длинных копий. Заметив нас, резко осадили коней.
— Кто такие? — рявкнул передний воин. — Куда идете?
— Сержант Рол Моро, — с достоинством ответил следопыт. — Специальный разведывательный отряд Лугара. Следуем в Третью пограничную. Назовите себя!
Воин спешился, сделал шаг навстречу. Низкий, но невероятно широкий, мощный. Еще не старый, но из-под конического шлема выбивались темные с проседью волосы. Взгляд острый, как наконечник стрелы. Темное морщинистое лицо осветила слабая улыбка.
— Капитан Третьей пограничной крепости Ал Зарен, — представился воин. Хмуро посмотрел на бесчувственные тела, лежащие в тачанке, сказал: — Вижу, у вас была трудная ночь. Помощь нужна?
— Не откажемся, — кивнул следопыт. — У нас потери.
— Вижу, — проворчал капитан, — Кто напал?
— Имперцы, — не моргнув глазом соврал Рол. — Устроили засаду. С ними были служители.
— Паршиво, — пробасил воин. — Ненавижу имперских магов! И как сумели пройти оцепление?.. Ребята, грузите раненых. Возвращаемся!
«Свои… — подумал я с облегчением. — Это свои…»
Ноги подкосились, и я обессиленно сел на мокрую холодную землю. В голове шумело, тело сотрясал болезненный озноб. Плевать! Главное, что вышли к своим…

— О чем грустишь, Эскер?
Подошел Рол, встал рядом. Лицо, как всегда, непроницаемое, но в темных глазах мечтательное выражение. Следопыт сладко потянулся, захрустел суставами. На лысом черепе играли последние красноватые отблески уходящего дня. Изо рта вырывались облачка пара.
Я отвернулся, посмотрел вдаль. С крепостной стены открывался потрясающий вид. Впереди расстилалось огромное поле, ровное как стол. Белое. Накануне выпал первый снег. Ясно было, что рано или поздно растает, но пока держался. На белом фоне мельтешили маленькие черные точки. С высоты выглядели муравьями, мелкими и суетливыми. Рабочие рыли траншеи, строили высокие барьеры из бревен. Маленькое красное солнце зависло над самой кромкой далекого леса. В небе буйство красок: вдалеке красное, словно вынутые из печи угли, чуть ближе — темно-синее, а над головой почти черное, с белыми точками первых вечерних звезд…