Родовое проклятие

========== Часть 1 ==========

Старинный род немецких аристократов постепенно сходил на нет. Поговаривали, что виной тому было некое родовое проклятие одного омеги, жестоко казненного более двухсот лет назад. История была очень таинственной и больше похожей на легенду, однако, как бы там ни было, редкий альфа переживал свое двадцатисемилетие. С ними постоянно что-то случалось: гибель в битве, падение с лошади, автомобильная катастрофа… Двое утонули, трое сгорело, еще один пропал без вести…
И Эрих, широкоплечий красавец-альфа, последний в роду Икскуль фон Гильденбандов, сидя холодным ноябрьским вечером в широком кожаном кресле возле камина и затягиваясь крепкими сигаретами, уже второй час подряд раздумывал над судьбами своих предков, а также над тем, как справлять свой двадцать седьмой день рождения. Устроить вечеринку, или сразу заказать себе ритуальные принадлежности по вкусу? Черный дубовый лакированный гроб, костюм известной итальянской марки, тоже черный, и побольше темно-бордовых роз. Будет, конечно, не слишком скромно, зато очень готично.
Эрих уже видел заголовки первых полос: «Последний потомок рода Гильденбандов погиб в…» Где-то погиб. Альфа кинул окурок в камин и поднялся. Он никогда не радовался своему дню рождения, а этому и подавно. Двадцать семь лет. Через два месяца!
У альфы было всё, что душа ни попросит, а так же то, что душе и задаром не было нужно. Здоровье, ум, красота, положение в обществе, успех среди омег, круглый счет в банке, гараж, набитый спортивными автомобилями, родовой замок со слугами… И от мысли, что скоро всё это закончится, становилось крайне неуютно и тоскливо. Эрих мечтал обмануть судьбу. Но как?
Альфа поднялся в свою комнату, где в очередной раз вытащил старинную книгу, в которой рассказывалось о легенде, и начал её перечитывать, кляня автора, что тот, конечно, описал проблему, а вот пути решения — нет.
Парень сидел за письменным столом, запустив руку в свои короткие темно-каштановые волосы, и, наверное, уже в сотый раз читал о том, как в 1742 году его предок, герцог Николас Икскуль фон Гильденбанд женился на бароне Августе Краузе, тоже из старинного дворянского рода. К книге прилагалась иллюстрация, правда черно-белая, на которой был изображен сидящий в пол-оборота Август, с длинными, до лопаток, угольно-черными волосами, светлоглазый, хотя и не очень красивый. По крайней мере, современники не считали его эталоном, да и Эриху, особенно на фоне проклятия, омега совсем не нравился. Богат Август тоже не был, только вот родовит и знатен. Молодые прожили в браке всего полгода, после чего младший муж, которому на тот момент исполнилось восемнадцать, скоропостижно скончался. В официальной версии было написано, что от чахотки, но легенда гласила, что его где-то замуровали. Живьем. И пока Август там умирал, мучаясь от голода и жажды, он и проклял всех альф до тридцатого колена. Причина такой жестокой казни была тривиальна — адюльтер. Любил омега погуливать от герцога, причем не с абы кем, а с его же родным братом, Одо. Правда, Одо не казнили. Брат же. Но и Одо вскоре тоже куда-то подевался.
Эрих захлопнул книгу и принялся с тоской разглядывать паучка на стене. Герцог, конечно, сочувствовал прапра…дедушке. Но и такие крайние меры тоже не одобрял. Придушили бы потихоньку, так нет, замуровали. А ему теперь что прикажете делать? Как спасаться?
Предыдущие жертвы проклятия тщетно пытались поправить положение. Кто традиционными методами: походами в церковь и заупокойными молитвами по душу замученного Августа, а кто с помощью оккультной науки. Но ничего не помогало. Правда, как успел к этому моменту выяснить Эрих, ни один из предков не перезахоранивал кости обидчивого омеги. А это могло служить выходом. И так как проклятие ни разу не дало сбоя за последние двести лет, следующие два месяца герцог решил посвятить поиску тела. В конце концов, дальше замка оно никуда не делось, что уже давало пусть призрачную, но надежду.
Решив действовать таким образом, альфа вышел из комнаты в коридор, прикидывая, где бы могли умертвить омегу, и, как всегда, невольно залюбовался портретами предков, висящими вдоль стен. Ему нравилось, глядя на них, изображенных в мундирах и камзолах, угадывать черты своего лица: тот же крупноватый нос, полные губы, огромные глаза; правда, у Эриха они были светлые, почти прозрачные, тогда как в роду чаще встречались карие. Но, также как и предки, он был отлично сложен и весьма хорош собой, несмотря на то, что считалось, что породе Икскуль фон Гильденбандов была характерна некоторая грубоватость.
Особенно красив был брат обиженного Августом прадеда — Одо. Атлетически сложенный, подтянутый, с орлиным взглядом, он был полной