Роковая женщина

на носок ботинка.
— Да, — наконец решил он. — А вы?
— Еще не знаю.
— Когда узнаете?
— Возможно, когда его увижу.
— Вы его полюбите?
— Это будет зависеть от того, как он отнесется ко мне.
Мой ответ чем-то позабавил его. Он громко и от души расхохотался.
— Ему нравятся корабли, море, матросы и мы.
— Звучит как песня, — отозвалась я, напев его слова на известный мотив.
Он с восхищением смотрел на меня.
— А я знаю кое-что еще, что ты любишь, — сказала я.
— Что? Что?
— Хлеб с маслом.
И подала ему бутерброд. Пока он ел, заглянула мисс Беддоус. Она уже привыкла искать его в моей комнате. Завидев гувернантку, он набил рот остатками бутерброда.
— Эдвард! — сердито крикнула она.
— Так он может подавиться, — заметила я.
— Он не должен сюда бегать в неурочное время.
Жало было нацелено не в него, а в меня. Но я делала вид, что не замечаю, продолжая заниматься завтраком. Эдварда увели. У самой двери он оглянулся на меня. У него был такой вид, будто готов расплакаться, но я подмигнула, и он засмеялся. Когда я подмигиваю, он всегда веселится, строит смешные рожицы и никак не может подмигнуть в ответ. Сознаю, что мое непочтительное поведение подрывает авторитет воспитательницы, но как еще я могла остановить слезы неприкаянного ребенка?
Когда я внесла поднос, Моник, сидя на кровати в кружевном жакете, смотрелась в зеркало. Очевидно, уже узнала про новость. Какая разительная перемена произошла в женщине! Теперь она была прямо красавица.
Однако на поднос смотрела хмуро.
— Этого я не хочу.
— О, пожалуйста, вы должны выздороветь к приезду капитана.
— Вы уже знаете?
— Ваш сын только что сказал.
— Надо же! — изумилась она. — Всегда вы все знаете!
— Не все, — поскромничала я. — Но, по крайней мере, знаю, что вам полезно.
И состроила безоблачную профессиональную улыбку. Я тоже рада, что он наконец-то прибывает домой.
18 мая.Сама не верю, что пробыла здесь так недолго. У меня такое чувство, будто хорошо всех знаю. Вчера после обеда леди Кредитон послала за мной. Потребовала отчитаться о пациентке. Я доложила, что, на мой взгляд, миссис Стреттон заметно поправилась, что новая диета, которую предписал доктор Элджин, определенно имеет положительный эффект.
— Вы удобно устроены, сестра? — осведомилась она.
— Очень удобно, благодарю вас, леди Кредитон.
— Эдвард простудился. Мне передали, что на днях он в одежде искупался в фонтане.
Интересно, кто был ее доносчик, подумала я. Верней всего, Бейнс. Я представила, как Эдит сообщает новость Бейнсу, а тот спешит передать леди Кредитон. Похоже, за всеми нашими проступками следят и доносят хозяйке.
— Он крепкий мальчик и скоро поправится. День в комнате, и будет здоров.
— Я сделаю внушение мисс Беддоус. Надо быть ответственней. Как думаете, сестра, не следует ли его показать доктору Элджину?
Я ответила, что это не помешало бы, но специально вызывать доктора нет необходимости. Она кивнула.
— У миссис Стреттон больше не было приступов?
— Нет. С тех пор, как пришла весть, что ее супруг находится на пути домой, ее здоровье улучшилось.
Губы леди Кредитон скривились. Интересно, как она относится к Редверсу. Надо бы мне узнать к его возвращению.
— Капитан не успевает к нашему приему. Попрошу вас, сестра, уделить особое внимание своей пациентке. Было бы очень некстати, если бы к этому времени наступило ухудшение.
— Сделаю все, что смогу, чтобы была здорова.
На этом аудиенция закончилась. Мне было немного не по себе. Напугать меня не так просто, но в глазах этой женщины есть что-то змеиное. Я представила, как она разбивает о борт корабля бутылку шампанского, наполненную ядом, и произносит недрогнувшим голосом: «Называю корабль „Роковой женщиной“!» Как должна была ненавидеть женщину, с которой все эти годы жила в одном доме! И какой властью над ней должен был обладать сэр Эдвард! Неудивительно, что Замок такое захватывающее место. Какие страсти должны были кипеть в его стенах! Удивляюсь, что леди Кредитон не столкнула соперницу с парапета, а Валерия Стреттон не подсыпала мышьяку в еду ее светлости. У обеих были для этого причины. Однако и сейчас продолжают жить под одной крышей, хоть Валерия Стреттон лишилась покровительства любовника и, подозреваю, израсходовала весь пыл. Теперь они просто две старухи, достигшие возраста, когда прошлое представляется незначительным. Только бывает ли так с людьми?
Мне во всяком случае не хотелось прогневать леди Кредитон. Пока что мне нечего было опасаться в этом смысле. Видно было, что она мной довольна. Куда