Роман века

время участвовала в событиях…
Участвовала!.. Если это называется участием… Моё участие в эпилоге действия заключалось в посещении вместе с Мареком различных мест, куда, на первый взгляд, он наносил дружеские визиты лицам в гражданском, общаясь с ними при помощи сокращений, намёков, символов, жестов и взглядов. Для меня единственным результатом было чудесное размножение неразгаданных тайн.
Я присматривалась к нему критически, с нескрываемым недовольством.
— Но сначала, — зловеще сказала я, — ответь мне на один основополагающий вопрос.
— А именно?
— А именно, кто ты собственно такой, любовь моя?
Он удивился так, будто я спросила его, зачем он разводит жирафов.
— Я?
— Нет, персидский шах…
— Ничего особенного. Абсолютно обычный человек. В основном — журналист.
Я подумала, что не справлюсь с ним, на него никаких сил не хватает…
— Ну, хорошо, — покорно согласилась я. — Пусть будет так. Но в таком случае, откуда ты знал то, что знал?
— Ничего я не знал. До всего пришлось доходить самому.
— Слушай, если я не сойду с тобой с ума, это будет чудо. Говори со мной как человек, а не как неизвестно что. Что это было, все это, и откуда оно взялось?! Хватит с меня догадок, я хочу наконец узнать!
— Что ты хочешь узнать?
— Все! Я сама не знаю, с чего начать! Что ты, ради бога, вытворял с этой дивой, на кой черт ты позволил за собой ухаживать?! Что означало это идиотское представление?!
Он некоторое время молчал с выражение обеспокоенности.
— Я должен был её осмотреть, — в конце-концов признался он демонстрируя нечто вроде раскаяния.
— Как это, осмотреть… Настолько подробно?!
— Вот именно… Я подозревал, что она это она, и должен был убедиться. Если это была она, у неё должен был быть очень характерный знак — родинка в форме полумесяца.
Я чуть не задохнулась.
— Можно узнать где? — со зловещей сладостью спросила я.
— Ничего особенного, на бедре. Ну, почти на бедре. Летом, на пляже, не было бы никаких проблем, но я не мог ждать до лета.
Довольно долго я боролась за обретение равновесия.
— А откуда появилась такая надобность? Ты же не осматриваешь всех встречных баб?
— Знаешь что, может начнём сначала? Это долгая история и не совсем обычная. Я интересовался не ей, а её отцом!..
— Утопленником?..
— Утопленником. Я потерял его двадцать семь лет назад и поклялся его найти. Это мне удалось только теперь…
— Двадцать семь лет назад ты же был мальчишкой!
— Да, и в большей степени, чем ты думаешь. Но я был довольно взрослый мальчишка. В конце сорок шестого года я, вместе с одним товарищем, искал сокровища. В замке. Во время войны в Нижнем Шлонске жил один мужик из старой аристократической семьи, коллекционер произведений искусства, который по всей Европе грабил все, что можно, и свозил к себе…
— Барон фон Жоперштангель, — с облегчением вырвалось у меня, наконец-то у меня возникли какие-то ассоциации.
— Звали его не совсем так, но довольно похоже. Я знал про этого коллекционера, потому что в конце войны разгребал у него навоз. Во время отступления он, естественно, убежал, а всю коллекцию куда-то спрятал. Все указывало на то, что закопал или замуровал их в замке. Мы с приятелем хотели это найти, легально, известив власти, но тихо и осторожно, чтобы не привлекать других искателей сокровищ. Вместе с нами искал и этот мужик, который якобы был хранителем какого-то музея и ездил по стране, разыскивая и оценивая оставшиеся после немцев ценности. Этот мужик показался мне странным, я немного поразнюхал, и удалось узнать, что ещё во время войны он крутился возле барона в качестве его уполномоченного, или кого-то такого. Подозрительная личность. Естественно, искал он сам, но в конце-концов мы встретились в одном замке. Он там над нами неплохо подшутил.
Я слушала затаив дыхание.
— Это очень романтическая история! — заметила я, когда он на секунду остановился.
— Да, очень романтическая. Сейчас услышишь. То, что произошло, побило все рекорды романтизма, я до конца жизни не забуду этой сцены. Где искать было неизвестно, мы наткнулись на какую-то странную стену, которая никуда не лепилась, будто замурованная шахта. Колодец в стене. По разным причинам добраться туда можно было только снизу. Мы по очереди пробивали свод в тесном помещении в подземелье, кроме того не прямо, а наискосок. Каждый работал сам, для двоих там не было места, никто не знал, сколько сделал другой, просто забирался и продолжал работу. Хранитель музея достиг тех же результатов, он тоже обратил внимание на странную стену, тоже ожидал найти там сокровища, но господин хранитель знал замок лучше