Балы, красавицы, лакеи, юнкера? Как бы не так — зависть сверстников, ненависть старших, попытки убийства — вот она, жизнь Романова в этом мире. Моя тетка стала царицей, и за это весь наш род должен умереть. Много врагов у рода Романовых, многим мы поперек горла.Вот только они не знают, что я не простой младший княжич. Я пришел из другого мира, и если потребуется, поставлю на колени этот.Я — Романов, и этим все сказано.
Авторы: Владимир Кощеев
который допрашивал польских наемников, начал задавать практически те же вопросы.
— Имя, гражданство?
— Арон Гаршинский, подданный польского короля.
— Кто приказал сбить самолет с семьей великого князя Тверского?
Последовал внушительный список имен, и, судя по лицам моих соратников, не все сразу осознали, о чем идет речь. Но под конец даже самые недогадливые сообразили, что происходит.
— Вас нанял сейм Речи Посполитой? — уточнил опричник на записи.
— Да.
Это не было удивительно, в принципе. Если есть специалист, который уже неоднократно доказывал свою полезность, поставляя пушечное мясо в любую точку мира, что ему стоит организовать убийство великого князя?
Нелегальные наемники не числятся в официальных списках и вполне могут проехать через границу под видом тех же туристов или разнорабочих. А уж обеспечить их нужным оборудованием на месте проще некуда. Не зря же у великого князя Долгорукова был целый спецотряд для грязных делишек, который был оснащен всем, что только было в распоряжении ЦСБ.
Но, понятное дело, на записи не было вопроса, откуда поляки взяли оружие, способное сбить самолет великого князя. Не для княжичей такая информация. Долгоруков трагически погиб вместе с семьей, и марать его имя не стал даже царь. Значит, и нам не следует знать о его грехах.
— Вы идете не на прогулку, — заговорил капитан, когда закончилось воспроизведение допроса. — Там у вас не будет союзников. Ваша задача — уничтожить тех, кто посмел поднять руку на Русское царство. Тех, кто распорядился выдвинуть войска на нашу землю. Это не люди, это враги. И они должны быть убиты.
Такая философия была мне знакома. Я и сам мыслил точно так же — от опасностей нужно избавляться. И чем выше опасность, тем решительнее должны быть меры. Как говаривал один мой знакомый по прошлой жизни: сдачу нужно давать заранее.
— Теперь более конкретно, — объявил капитан. — Никто вас не бросит на вражеской территории совсем без поддержки. Все планы уже просчитаны, на местах вас будут ждать наши законспирированные бойцы. Но их задача — отвлекать внимание, против сильных одаренных они слабы. А вы должны справиться с возложенной на вас обязанностью. Эти же группы обеспечат ваш отход в безопасное место, откуда вас заберем мы. Сейчас я перешлю вам всю информацию по назначенным для каждого из вас объектам.
Что ж, уже лучше. А то поначалу звучало так, будто княжеских сыновей суют в мясорубку с надеждой, что хоть кто-то свое дело доведет до конца. Сейм — это, конечно, не король, но и у них будет очень серьезная охрана. Не всем присутствующим удалось бы в одиночку ее преодолеть.
Получив свое задание, я развернул планы особняка и указания постов охраны, маршруты патрулей, где какое вооружение, время смены караула. Имелись личные дела на одаренных в особняке — от охраны до самого маршала сейма Сергиуша Грушнивицкого, сорока шестилетнего мужчины с атрибутом воды.
Похоже, государь и сам был не прочь почистить этот европейский отстойник, тут столько данных, что их за пару часов не соберешь. И это хорошо — значит, к миссии действительно подготовились, и мне не придется бегать в поисках целей по всей Варшаве.
— На этом все, княжичи, — сообщил капитан, раздав нам задания. — Вылет в двадцать три часа. Не забудьте как следует отдохнуть — в Польше времени на это уже не будет.
Я откинулся на спинку и прикрыл глаза, переваривая полученную информацию. Но мысли то и дело возвращались к боям в городе. Наше вмешательство, конечно, было авантюрой чистой воды — без подготовки, без распределения целей. Такие значительные потери — это не только следствие поспешного решения государя, но и общей неподготовленности княжичей к бою.
Я открыл глаза и взглянул в зеркало. Сколько из едущих со мной парней не вернется домой?
Неподалеку от Варшавы.
Пересечь границу оказалось достаточно просто. Зарегистрированный в Римской империи самолет вылетел из Русского царства, вошел в воздушное пространство османов, откуда повернул в Польшу, где должен был сесть в аэропорту Варшавы. Меня сбросили по ходу в нескольких километрах от города. Как будут добираться остальные княжичи, я представления не имел, но был уверен, что и там все пройдет гладко.
Телефон с польской карточкой внутри я получил еще на русской земле, но активировал только сейчас. На аппарат были занесены несколько номеров, и меня заранее уведомили о том, кто под каким скрывается. Для стороннего наблюдателя же он казался сборищем красоток с соответствующими пометками. Разумеется, на местном сленге, как и положено восемнадцатилетнему оболтусу.
