Балы, красавицы, лакеи, юнкера? Как бы не так — зависть сверстников, ненависть старших, попытки убийства — вот она, жизнь Романова в этом мире. Моя тетка стала царицей, и за это весь наш род должен умереть. Много врагов у рода Романовых, многим мы поперек горла.Вот только они не знают, что я не простой младший княжич. Я пришел из другого мира, и если потребуется, поставлю на колени этот.Я — Романов, и этим все сказано.
Авторы: Владимир Кощеев
— Я не испытываю к этой стране ненависти, Василиса Святославовна, но к отдельным ее представителям у меня имелись счеты. И возможность закрыть вопросы действительно меня радовала.
— Расскажите, княжич, какое, по-вашему, будущее нас ожидает? — спросила Василиса Святославовна.
— Все очень просто, — ответил я, подливая ей в бокал ягодного морса, который пила Волкова. — Случится большая война, и те, кто ее переживет, обьединят планету в единое государство. Конечно, не сразу, далеко не сразу, и прольется еще очень много крови. Но это будет последнее время, когда услуги целителей будут нужны.
Волкова улыбнулась.
— Вы рассуждаете совсем как мой брат, — заявила она, после чего бросила взгляд на Демидова.
Ясно, значит, Руслан Александрович не только решил нужную боярышню породнить с Романовым. Полагаю, по итогу этого ужина будет ясно, состоится ли моя встреча с его людьми.
— В таком случае полагаю, ваш брат — хороший человек, с которым у нас найдется общий интерес.
— Искренне надеюсь, что не один, княжич, — ответила Волкова. — Помимо своих увлечений он очень меня любит.
Какой непрозрачный намек. Впрочем, Василиса Святославовна действительно может считаться завидной невестой сама по себе — ее статус целителя высшего класса уже достаточен, чтобы рассчитывать на брак со многими аристократическими родами. А что она не ходит вокруг да около — это только плюс.
— Я рад, что у вас такая замечательная семья, Василиса Святославовна. Надеюсь, когда мы с вами встретимся на приеме у моей сестры, мне доведется переговорить с вашим братом?
Она улыбнулась, чисто женским жестом погладив колье на шее.
— Буду рада вас познакомить, Дмитрий Алексеевич.
Что ж, Волкова пока что в списке кандидаток в невесты будет под номером один, подвел итог я.
Пятничная учеба прошла в суматохе. И если занятия шли своим чередом, то в перерывах девушки не прекращали обсуждать предстоящую поездку на горнолыжную базу Орловых.
Парни вели себя проще, не ввязываясь в подготовку прекрасной половины. Впрочем, своя тема для разговоров все же нашлась.
Спорт, в котором я совершенно не разбирался. Так что на какое-то время меня предоставили самому себе.
Женский коллектив больше не отгораживался от Морозовой, на Комарову никто косо не смотрел, внутренних конфликтов не было, и это меня радовало.
— Княжич Романов, — привлек мое внимание студент с третьего курса.
— Это я, — кивнул в ответ незнакомцу. — С кем имею честь?
— Василий Васильевич Строганов, — представился тот, слегка наклоняя голову.
Сам третьекурсник был достаточно высок, под два метра ростом, с широким разлетом плеч. Пиджак униформы на нем смотрелся органично, такими аристократов любят изображать на полотнах — правильные черты лица, непоколебимый взгляд, мощь и власть в каждом жесте.
— Я наслышан о ваших успехах, Дмитрий Алексеевич, — произнес он, — и прошу у вас поединка. Если вы не против.
Я вскинул брови, моя группа повернула головы в нашу сторону.
— Вы хотите провести тренировочный спарринг, Василий Васильевич? — уточнил я.
Все-таки когда-то Строгановы претендовали на Урал, и мое демидовское происхождение могло послужить причиной для более серьезного боя. Внутренние распри родов с нападением Польши никуда не делись, их просто поставили на короткую паузу. Однако теперь, когда русская армия выдавливает власть сейма с территории Речи Посполитой, аристократам можно и вспомнить былые обиды.
— Да, — ответил тот.
— Хорошо, аренду полигона обеспечите? — спросил я. — Если вы не против, хотелось бы на ближайший час после конца занятий — я сегодня очень ограничен во времени.
— Разумеется, Дмитрий Алексеевич, — ответил Василий Васильевич и, кивнув мне, отошел в сторону, где его ждала целая компания товарищей.
Я вернулся к своему обеду, и под настороженными взглядами одногруппников спокойно наколол на вилку кусочек стейка. Молчание за столом затягивалось, и первой нарушила тишину Морозова.
— Вы победите, Дмитрий Алексеевич, — уверенно заявила она, тоже возвращаясь к прерванному приему пищи.
— Спасибо за поддержку, Виктория, — кивнул я. — Мне приятно знать, что вы на моей стороне.
Орлов кашлянул и заговорил:
— Строганов — известный дуэлянт, — сообщил Петр Васильевич, глядя на меня. — За свои три года в ЦГУ он провел больше пятидесяти поединков с другими сильными одаренными. И ни разу не проиграл, а его противникам каждый раз требовались услуги целителя.
Я пожал плечами.
Сила Василия
