Балы, красавицы, лакеи, юнкера? Как бы не так — зависть сверстников, ненависть старших, попытки убийства — вот она, жизнь Романова в этом мире. Моя тетка стала царицей, и за это весь наш род должен умереть. Много врагов у рода Романовых, многим мы поперек горла.Вот только они не знают, что я не простой младший княжич. Я пришел из другого мира, и если потребуется, поставлю на колени этот.Я — Романов, и этим все сказано.
Авторы: Владимир Кощеев
А родственников не выбирают.
И снова он тяжело вздохнул.
Даже не представляю, с каким боем ему пришлось выгрызать себе невесту, если тогда чуть до войны родов не дошло. Даже тот факт, что родная сестра отца — царица, нисколько не добавлял веса предложениям Романова. Демидовы очень тряслись над своей самостоятельностью, постоянно указывая на нее при любом удобном случае. А тут — брат царицы просит себе жену из их рода…
— Они просто боятся, что царская фракция их подомнет и национализирует, как было с «Руснефтью» во времена Романовых. Тогда ведь никто не знал, что мы прихватим с собой семейное дело в обмен на корону, — покачал головой я. — Если бы тетка не вышла за цесаревича, все прошло бы у вас гладко.
— Это я понимаю, — согласился отец, пожав плечами. — В общем, будь готов, и помни — ты в первую очередь Романов, и только потом уже на мизерную долю генов Демидов.
— Я помню, отец, — улыбнулся я в ответ.
Допив кофе, я поставил чашку на блюдце и поднялся на ноги.
— Разговор с Ростовой помнишь? — чуть нахмурив брови, спросил Алексей Александрович. — О расследовании — никому.
— Разумеется, отец, — кивнул я.
Покинув столовую, я направился прямиком к выходу, по пути проверяя телефон. Биржа успокоилась, хотя цены акций нашей «Руснефти», конечно, немного потрясло при новостях о попытке моего похищения. Вот уж суеверная отрасль! Ну как мое исчезновение могло бы повлиять на главный насос страны? Я даже не вхожу в кабинет директоров — там старший брат отдувается за всех.
Слуги распахнули передо мной двери, и я вышел на крыльцо. Солнце сегодня прикрылось облаками, видимо, не выспавшись. Прохладный воздух заставил слегка поежиться.
Внедорожник подкатил ко мне, стоило спуститься по ступенькам и пройти по дорожке, усыпанной мелким щебнем. Виталя остался сидеть за рулем, второй охранник с его стороны вышел и, обойдя машину по кругу, открыл мне пассажирскую дверь.
— Княжич, — обратился он ко мне, чуть склонив голову.
— Привет, Игорь, — поздоровался я, садясь на место.
Усиление охраны было хоть и предсказуемым, но уж точно излишним — сам о себе я позаботиться могу, но прикрывать других уже становится опасно. Однако официальный ранг не дает мне наплевательски относиться к собственной безопасности.
Как бы ни хотелось открыто заявить о своих возможностях, вчерашний день доказывает, что полезнее их скрывать. Подорвали бы машину, заложив управляемую мину, и мне бы уже никакой дар не помог.
Вертя телефон в руке, я смотрел в окно, ни о чем особо не думая. Даже удивительно, что в чате группы никто и вопроса не задал о том, что со мной случилось. Я ожидал, что та же Салтыкова не сдержится, начнет расспрашивать.
Мы доехали до ЦГУ без происшествий, и даже быстрее, чем я предполагал — Виталя поймал зеленую волну, и нам не пришлось ни разу притормаживать.
Первое занятие проходило в центральном корпусе, так что идти далеко не нужно было, но так как у меня имелось время в запасе, я остановился у лавочки, установленной вдоль дорожки, и присел, закинув ногу на ногу. Погода изменилась, стало теплее, так почему бы и не посидеть на свежем воздухе.
Телефон дернулся в руке, и я открыл уведомление.
Орлов П.: Изменения в расписании. Химия перенесена на завтра, сегодня первое занятие — по информационным технологиям, корпус 3, аудитория 2А. Прошу не опаздывать.
Третий корпус стоял напротив центрального, так что можно не суетиться.
Мимо прошла группа студентов, на меня никто из них не отреагировал, даже взгляда не бросили. Людей становилось все больше, мелькали работники ЦГУ, выделяясь среди учащихся цветом формы. Я с интересом наблюдал за происходящим, не особенно вслушиваясь в разговоры.
— Здравствуйте, Дмитрий Алексеевич, — поздоровалась, подойдя ко мне, Морозова.
Сегодня ее длинные волосы были уложены в толстую косу, спускающуюся ниже поясницы. Униформа первого курса смотрелась на Виктории Львовне ничуть не хуже, чем вечернее платье, хотя украшениями боярышня пренебрегала. Не иначе из-за своего подвешенного статуса.
— Доброе утро, Виктория Львовна, — кивнул я, поднявшись со скамейки.
Она провела рукой по виску, заправляя выбившуюся прядку за ухо. Красивое движение, хотя не уверен, что Морозова планировала его таким. Простой жест.
— Вы не спешите на занятие? — спросила она.
— До начала еще семь минут, этого времени вполне хватит, чтобы дойти и занять место, — ответил я. — Составите мне компанию?
— С удовольствием, Дмитрий Алексеевич.
Она взяла предложенную мной руку, и я повел девушку по дорожке в сторону третьего корпуса. Снова я уловил тонкий успокаивающий аромат, идущий
