Балы, красавицы, лакеи, юнкера? Как бы не так — зависть сверстников, ненависть старших, попытки убийства — вот она, жизнь Романова в этом мире. Моя тетка стала царицей, и за это весь наш род должен умереть. Много врагов у рода Романовых, многим мы поперек горла.Вот только они не знают, что я не простой младший княжич. Я пришел из другого мира, и если потребуется, поставлю на колени этот.Я — Романов, и этим все сказано.
Авторы: Владимир Кощеев
так что я не видел смысла скрывать, что у меня все готово.
Запустив принтер, я провел короткую диагностику. Убедившись, что все в порядке, заправил пластик из нужного контейнера. А пока машина будет печатать требуемую основу, можно и кофе попить.
Сперва получится достаточно крупный и не очень удобный аппарат с нужной длиной волны. Представив его на суд руководителя, я продолжу работу, доводя прибор до нужной мне кондиции. Но там потребуется уже другой уровень доступа к материалам. Так что сейчас задача обеспечить нужную длину волны, все остальное уже потом.
Добравшись до комнаты отдыха на этаже, я взял пластиковый стакан и наполнил его кофе из машины, установленной тут же. Получилось не так уж плохо.
Сидя на мягком диване, я вытащил телефон и проверил время. С момента, как я вошел в лабораторию, успело пройти три часа — пока проверил расчеты, минуты не стояли на месте. Начинать работу с ошибки я не собирался, а потому и относился к делу серьезно.
— Дмитрий, вы тоже здесь? — спросила, заходя в комнату китайская принцесса.
— Пожалуй, это я здесь должен удивляться, — ответил я, ставя стаканчик с остатками кофе на столешницу. — Что вы здесь делаете, Мэйли?
Она улыбнулась и прошла за стаканом. Мне даже стало любопытно, она предпочтет чай, как велят стереотипы, или все же выпьет кофе? Впрочем, китаянка набрала простой воды.
— Полагаю, то же, что и вы, Дмитрий, — сказала она, опускаясь напротив. — Работаю над проектом, который мне доверили вести.
— И что же это за проект, что его можно переслать в Русское царство и выбить допуск в лабораторию ЦГУ? — продолжил расспросы я, наблюдая за принцессой.
— Я здесь — представитель Поднебесной империи, Дмитрий. И участвую в совместном проекте с Русским царством. Не ведущий специалист, но и не помощница. Мы проектировали новые сверхпрочные полимеры, а здесь, — она обвела рукой помещение, — воплощаем их в жизнь.
Я кивнул, принимая ответ. Лаборатория ЦГУ действительно не секретная, и попасть сюда может, в принципе, любой студент Университета, если покажет достаточный уровень знаний. Брать всех никто не станет, а вот отличники учебы могут рассчитывать на то, что им решат помочь освоиться в настоящей лаборатории, получить опыт взаимодействия если не со светилами наук, то хотя бы с хорошими специалистами.
Если бы не решение царя, мне пришлось бы идти именно этим путем.
— И как ваши успехи? — спросил я, когда пауза немного затянулась.
— Пока что сверяем документацию, — ответила та, не прекращая вежливо улыбаться. — За один день такую работу не выполнить, так что никто не спешит.
— Поднебесная умеет ждать, — кивнул я.
— Да, и всегда добиваться своего, — сказала Мэйли. — А вы над чем работаете?
— Конкретно сейчас — над высокоточным лазерным скальпелем.
Она чуть округлила глаза.
— Но разве здесь нет своих скальпелей?
— Я сказал, «высокоточным», — усмехнулся я в ответ.
Она кивнула, уловив смысл.
— В таком случае, уверена, мы сможем договориться с Русским царством, когда они выйдут на рынок.
— Вы уверены в моем успехе, Мэйли? — улыбнулся я, наблюдая за невестой Ефремова.
Китаянка легко кивнула.
— Раз вы здесь, Дмитрий, значит, имеете все основания для того, чтобы вас нельзя было назвать бездельником. Первый семестр первого курса, и вы уже имеете допуск. Либо у вашей семьи очень много влияния, либо вы действительно заслуживаете места в этой лаборатории. И после разговоров с Семеном я уверена — ваше положение в Русском царстве никак не связано с нахождением в стенах лаборатории.
Тут не поспоришь.
— Но, пожалуй, мне пора, — допив свой стакан, заявила она. — Работа не ждет. До свидания, княжич.
Что ж, мне тоже нужно было заняться делом. Отправив стакан в отсек для пластика, я вернулся в свою секцию.
Принтер еще трудился, создавая корпус для будущего лазера. До конца работы у меня еще было время, и я залез в открытую базу данных лаборатории. Документация остальных этажей, нужно заметить, мне оставалась недоступна. Мой пропуск, значит, уже приписали к девятому этажу.
И это правильно, лучший способ контроля в данном случае — просто не давать студентам лишнюю информацию.
Папка русско-китайского проекта пестрела документами на двух языках, и Мэйли значилась в них одним из ассистентов доктора Ли, создателя теории, воплощать которую будут в стенах ЦГУ.
Полистав оригиналы файлов, я сверил их с русскими. Перевод был хорош, но это не меняло дело. Я знал этот полимер, в моем мире его тоже производили. Но, как я замечал ранее, за несколько
