Они дружили с детства. Но жизнь развела их в разные стороны. Теперь один из них — популярный певец Роман Меньшиков, второй — вор в законе Арбуз, а третий — сотрудник отдела УБОП Боровик. Никто из них не знал, что нити их судеб связаны в тугой узел и некто очень могущественный дергает за ниточки, заставляя плясать под свою дудку. Им придется забыть, что один из них мент, а другой — вор в законе. Им придется забыть, что у каждого из них есть своя тайна. Им необходимо сплотиться, для того чтобы выжить и предотвратить страшный заговор влиятельной политической организации…
Авторы: Седов Б. К.
в начале девяностых ходили слухи о такой организации – «Белая стрела»?
Они уже выпили на брудершафт и перешли на «ты».
– Припоминаю, – кивнул Петров, – было что-то в газетах. Вроде бы какие-то шибко идейные менты отчаялись бороться с преступностью по закону и решили наводить порядок сами – казнить особо зарвавшийся криминалитет без суда и следствия. Как бы по законам военного времени.
Подвыпивший Сергей Иванович попытался замаскировать внезапно подступившую икоту ироническим смешком.
– Да ведь время-то и впрямь почти военное было! – не поддержал веселости собеседника Самоедов. – Что же им оставалось – сидеть сложа руки, когда демократические суды скопом оправдывали насильников и грабителей?
– Постой, Адольф Богданович, но ведь это же слухи. Безответственные газетеры для поднятия тиражей придумали какую-то пародию на колумбийские эскадроны смерти шестидесятых годов – и все дела!
– А ты подумай вот о чем. Ведь любой слух, даже самый глупый, отражает какие-то общественные ожидания. Между прочим, в середине девяностых «Белая стрела» всплывала на некоторых судебных процессах – кажется, в Воронеже и еще где-то. Так не пример ли это той самой необходимой обществу активности ответственных государственных людей, о которой мы говорили? Может, из таких зерен и проклюнутся ростки нашей новой государственности? И нашего благосостояния?
Самоедов испытующе посмотрел на Петрова.
Тот не нашелся, что ответить, и поспешил перевести разговор на заблеванную китайскую вазу.
Больше они ни о чем таком не беседовали, только перекидывались ничего не значащими фразами в думских кулуарах. Самоедов всегда проявлял повышенное радушие, однако поглядывал на Сергея Ивановича хитровато, так что тому становилось немного не по себе.
И вот теперь Самоедов подсел к Сергею Ивановичу в думском кафе, и тот каким-то потаенным углом своего желудка сразу понял, что хиханьки-хаханьки кончились.
«Ко мне присматривались, – с тревогой и несмелой надеждой подумал он, – и, кажется, присмотрелись».
Так оно и вышло.
Адольф Богданович привез Петрова к себе на дачу. Попарил в бане, угостил запотевшей водкой и домашними соленьями. И потом, уже совершенно не таясь, выложил ему много интересного.
К Сергею Ивановичу действительно присматривались.
Очень серьезные и солидные люди из самых верхов. Обладающие реальной властью, но до поры до времени вынужденные мириться с тем бардаком, в который скатилась страна. Когда кривляющимся безродным жуликам за бесценок роздано народное достояние, а заслуженные государственные люди вынуждены пробавляться крохами с их стола.
За державу обидно!
Сначала Сергей Иванович особого доверия не вызывал. Все-таки бывший адвокат. Да и имя-фамилиюотчество поменял как-то карикатурно, без ума. Понятно, что Семен Исаевич Питкин – это вообще черт знает что, только в адвокатишках и шнырять. Но и из таких вот в Сергеи Ивановичи Петровы прыгать – тоже не подарок. Получился какой-то суперположительный персонаж из дурацких шпионских книжек про майора Пронина. Вкус-то надо иметь! Вон, тот же Самоедов – Адольф, а ничего, держится молодцом, никто ему не пеняет. Надо все-таки меру знать.
Однако при более тщательном рассмотрении сомнения в Сергее Ивановиче отпали. Расчетлив, прагматичен, вперед не лезет, но и позади не топчется. Ценит покровительство. На балаганные химеры типа идейной твердолобости давно наплевал с высокой вышки. Над так называемой публичной политикой смеется.
Годится!
– Так что теперь ты, Сергей Иванович, наш! – Самоедов, хоть и в банной простыне, выглядел очень впечатляюще. – И не пожалеешь об этом. Нас пока не так много, но мы на самом верху и знаем, что делать. За нами будущее!
Они еще выпили, дружно похрустели ядреными огурчиками. Сергея Ивановича отпустило. Он с благодарностью посмотрел на Самоедова и пожал ему руку.
– Работать будем вместе, – тепло в голосе Самоедова было неподдельным, – гадам спуску не дадим. Придет время – увидишь и наших отцов-основателей, а пока принимайся за питерский филиал. Так что ли, Исаич?
И увидев, что Петров покраснел, весело захохотал.
– Да ты не тушуйся! Исаич, Иваныч – нам все едино, хоть Магомедыч! Мы теперь – одна семья.
Сколько прошло с тех пор? Кажется, три с лишним года. Три с лишним года, как Сергей Иванович Петров руководит питерским филиалом организации «Воля народа». Организации могущественной и хорошо законспирированной.
И едет Сергей Иванович на встречу все с тем же Адольфом Богдановичем Самоедовым. В миру – отставным ментом, мелким депутатишкой из какой-то дрянной, никому не нужной комиссии.
