Романс для вора

обязательно скажет, что послал, мол, нас в эту студию господин Стропилло. И что тогда?
– Ну ты, Андрюха, скажешь! – засмеялся Батон. – Целую сказку соорудил!
– Я тебе не Андрюха, а Андрей Владимирович! – Стропилло повысил голос. – Это ты там у себя, среди братвы, можешь быть запанибрата с кем угодно, а здесь такие номера не пройдут. У нас с тобой сделка. И нужно вести себя как деловые люди, а не как шпана в подворотне.
– Извините, Андрей Владимирович, – Батон понурился, – виноват, исправлюсь.
– Ладно… – Стропилло махнул рукой. – Принесли?
– Принесли, – встрепенулся Батон и кивнул Глюку.
Тот важно кивнул в ответ и достал из-за пазухи небольшой, тщательно завернутый в тряпку увесистый пакет.
– Вот, Андрей Владимирович! – Глюк встал и, шагнув вперед, положил сверток на стол перед Стропилло.
– А я слышал, что вы весь компьютер унесли.
– Ну да, весь, – кивнул Батон, – не было времени его разбирать. Сигнализация заорала, да и этот… охранник заквакал. Но мы его, в смысле – компьютер, в машине разобрали и на помойку выбросили, так что никаких следов. А насчет охранника не беспокойтесь. Ничего с его башкой не случится. Ну там, рассечение, кровища, понятное дело… Сотрясение, конечно. Только у него там сотрясать-то особенно нечего – такой бычара накачанный, а головка маленькая, не больше, чем в штанах.
– Гы-ы-ы! – заржал Щербатый. – Точно, как в штанах!
– Засохни, – приказал Батон, и Щербатый засох.
– Ну ладно, – кивнул Стропилло, – сейчас посмотрим…
Он развернул пакет и, внимательно осмотрев винчестер, присоединил его к стоявшему на столе компьютеру без корпуса. Пощелкав мышью, Стропилло посмотрел на экран и довольно усмехнулся.
– Все в порядке, – сказал он, – работу принимаю.
– Ну вот, – облегченно сказал Батон, – а говорили – не чисто…
– А я и сейчас скажу, что не чисто. Ну да ладно…
Стропилло открыл ящик стола и достал оттуда перетянутую цветной банковской резинкой пачку долларов.
– Заработали – получите, – сказал он и бросил пачку Батону на колени.
Батон сделал серьезное и равнодушное лицо и, сняв резинку, стал неторопливо пересчитывать деньги. По мере того как пачка подходила к концу, его лицо изменялось, и, переложив последнюю бумажку, он удивленно спросил:
– А почему это здесь только пять тысяч? Вы же обещали десять. Мы так не договаривались!
– А мы и с Арбузом не договаривались, – тихо сказал Стропилло, подавшись вперед. – Вы ведь Арбуза братва, и каждое дело должно через него проходить. Так ведь? И если бы я сделал заказ у него, то сколько бы вам досталось? Посчитай! А так пятеру на всех – и никто ничего. Может быть, ты чем-то недоволен? Давай у Арбуза спросим? Он рассудит!
На лице Батона появилось выражение ненависти.
– Ну ты, Стропилло, жучара… – медленно произнес он.
– Слышь, там чего, не хватает? – спросил Глюк. – Так это, добить надо!
– Засохни! – не оборачиваясь, бросил Батон.
Он встал и, засунув руки в карманы, сказал:
– Вообще-то среди своих так не делают.
– А кто тебе сказал, что мы свои? – удивился Стропилло. – Мы никогда своими не были. За работу спасибо, денег я вам дал, еще вопросы есть?
– Нет вопросов, – коротко ответил Батон.
– Ну тогда – до свидания. – Стропилло откинулся на спинку кресла. – А если есть вопросы, то их можно и с Арбузом обсудить.
– Пошли, пацаны, – сказал Батон и, резко повернувшись, взялся за ручку двери.
Уже открыв дверь, он оглянулся и сказал:
– Жизнь короткая, дорожки узенькие, глядишь – и встретимся.
– Обязательно встретимся, – кивнул Стропилло, – только не забудь на эту встречу Арбуза пригласить.
Братки вышли, плотно затворив за собой дверь, а Стропилло, удовлетворенно усмехнувшись, пробормотал:
– Своего себе нашел… Сявка!
Потом он повернулся к компьютеру и сказал нараспев:
– А теперь послушаем, что нам Роман Меньшиков споет.
Он щелкнул мышью, и из маленьких компьютерных колонок раздалось:
… И за колючкой незабудки расцветают, и в сердце вора распускается весна…
Стропилло хмыкнул и, подвинув к себе раздолбанный телефон, снял трубку.

Хлопотливо проведенный день подходил к концу.
Можно было уходить, однако Стропилло не торопился, с удовольствием вспоминая, как он надул тупоголовых братков. И поделом! Не фиг клювом щелкать, кто смел, тот и съел. Он нисколько не сомневался в своей правоте – развод был произведен, так сказать, на законных основаниях.
Все не так уж и плохо. Неприятная встреча обернулась приличным кушем. Что