Романс для вора

Мне-то за тираж не приплачивают, на окладе сижу. Все главный с учредителями пилят.
Стропилло в который уже раз за сегодняшний день тяжело вздохнул. Проклятые усики опять полезли в ноздри.
– Аркаша, – проникновенно начал он, – ты меня знаешь. Сочтемся.
– То-то и оно, что знаю, – буркнул Паршута. – Три. Зеленью.
– Ты что?… – задохнулся Стропилло. – Да за такие бабки…
– Тише ты! – Паршута оглянулся на дверь.
Встал, поплотнее прикрыл ее.
– Не нравится – пожалуйста, милости просим в отдел рекламы. Можешь выкупить площадь, хоть целую полосу. По двадцать баксов за квадратный сантиметр. Оформляй по договору, глядишь, через недельку и напечатаем. Теперь смотри…
Он принялся загибать пальцы.
– Во-первых, я рискую. Отдел рекламы вовсю сечет левые заказные материалы и если что – стучит учредителям. А оттуда уж отвешивают по полной, можешь поверить. Во-вторых, номер сверстан, значит, надо отстегнуть верстальщику за дополнительную работу. В-третьих, номер должен быть отправлен в типографию через полчаса. Пойду тебе навстречу – опоздаю, значит, на меня штраф, ползарплаты как не бывало. Вот такие пироги.
Стропилло обреченно кивнул.
Сволочь, вымогатель! Не надо было ему пива приносить – может, на мутную голову и подешевле бы повелся…
– Кстати, а где материальчик? – вспомнил вдруг Паршута. – Неплохо бы вообще сначала посмотреть, что это за бомба. Мне за клевету судиться не резон, учредители в случае чего вытягивать не станут, сами подтолкнут!
– Материала в готовом виде нет, есть тема.
– Так тогда тебе надо еще и мальчика подослать, чтоб расписал все как следует. И это в такие сроки! Нет, Андрюха, три тонны и ни копья меньше, да еще и пятихатку на мальчика приготовь.
– Хер тебе в сраку по самые помидоры! – заорал взбешенный Стропилло. – Две с половиной, или я ухожу, не ты один в городе! В ножки мне должен поклониться, что я к тебе пришел, таких листков-глистков на каждом углу хоть жопой ешь!
Паршута струхнул – а ну как и вправду уйдет?
Честно говоря, он и тысяче зеленых был бы рад по уши, никогда таких денег в руках не держал. Нет, надо соглашаться, пока не поздно.
– Хорошо, только для тебя, – якобы нехотя выдавил он. – Что за тема?
– Певец Роман Меньшиков залетел на краже с телесными повреждениями. Сведения верные, из милиции.
– Хорошо! – оживился Паршута. – Это достойный информационный повод! Отдел рекламы утрется докапываться. Популярный исполнитель тюремных песен воплотил в жизнь свои подсознательные устремления! Психологии подпустим, фрейдизма…
– Короче!
– А короче так: деньги на бочку, и я запускаю процесс. Только так, и никак не иначе.
Паршута протянул руку к телефону, выжидательно посмотрел на Стропилло.
Стропилло плюнул и, скривившись, выложил деньги.
Паршута набрал номер.
– Света? Тормозни верстальщика. Пусть приготовит на первой полосе место тысяч на пять знаков и ждет нового материала. Что выкинуть? Да политику пусть всю на хер уберет. Кто там у нас из журналюг на подхвате? Андрюха Бурлаковский? Годится, бегом ко мне.
Повесил трубку и тщательно пересчитал купюры.

Был уже первый час ночи, когда Роман вырулил в переулок Антоненко.
«Ну что, на горшочек – и в кровать», – устало подумал он. Неожиданно впереди в свете фар замаячила полосатая палка со светящимся наконечником.
Опять двадцать пять! Роман потянулся к бардачку и убедился – компакт-диски имеются. Значит, все в порядке – не было случая, чтобы незамысловатый презент от популярного исполнителя не помог работникам свистка забыть об их претензиях. Он плавно подъехал к поребрику и остановился.
Приоткрыл окно.
– Лейтенант Колбанов! – отрекомендовался подошедший гибэдэдэшник и небрежно подбросил руку куда-то в район подбородка. – Ваши документы сюда.
– Лейтенант, а в чем дело? – дружелюбно начал было Роман. – Я домой еду, вон моя парадная…
– Показал документы, быстро! – отрезал гибэдэдэшник неприязненно.
Роман пожал плечами и протянул в окно права и техпаспорт. Пригляделся – впереди, за гаишными «Жигулями», угадывался силуэт милицейского «уазика», окруженный темными фигурами. Что-то было не так.
Лейтенант долго изучал документы, подсвечивая себе фонариком. Роман уже начал прикидывать, не пора ли предложить в подарок свой альбом, как вдруг не поверил своим ушам:
– А ну вышел из машины!
Явный перебор.
– Нельзя ли повежливее, лейтенант? – Роман против воли начал потихоньку злиться. – Мы с вами на брудершафт, кажется, еще не пили!
– Никак