Романс для вора

Стропилло хранил теперь в специальном мешочке, повесив его на шнурок вместе с нательным крестиком.
Оставалось самое последнее – зайти в офис и забрать из сейфа остатки наличных долларов.
Своего собственного офиса Стропилло теперь боялся, как черт ладана.
Он долго болтался по набережной Обводного, периодически отсиживаясь в подворотнях, чтобы не примелькаться. Машину из тех же соображений пришлось оставить за тридевять земель, на Старопетергофском.
Стропилло с ненавистью смотрел на свет в окнах родной конторы и считал минуты, проклиная своих тупоголовых работников, уверенных в том, что шеф находится в длительной заграничной командировке.
Наконец свет погас.
Короткими перебежками Стропилло стал приближаться к обитой железом двери, затравленно оглядываясь и приговаривая по въевшейся привычке:
– Ничего, ничего…
Добежав до двери, Стропилло открыл ее своим ключом, быстро набрал код на вделанном в стену маленьком пульте и отключил сигнализацию. Тут же захлопнул дверь и упал на нее взмокшей спиной уже изнутри.
Уф!
Кажется, никто не заметил.
Перепрыгивая через две ступеньки, Стропилло взлетел по темной лестнице на второй этаж, задыхаясь, отпер свой кабинет, бросился к сейфу. Набить черную дерматиновую сумку «зеленью» было делом одной минуты. Все, можно уходить.
Стропилло повесил сумку на плечо, отдуваясь, спустился вниз и замер перед выходной дверью.
Набравшись духу, рванул ее на себя – и тут же оторопело отпрянул.
Навстречу ему из вечернего сумрака шагнули две темные фигуры.
– Ну что, Стропилло, – раздался низкий, хриплый голос, – пора в путь-дорогу. Арбуз ждет.
– Ничего, ничего, – забормотал Стропилло, пятясь, – ничего…
И тут он дико взвизгнул, швырнул сумку с деньгами под ноги непрошеным визитерам и вихрем полетел вверх по лестнице. Вознося хвалу небесным силам за то, что они не напомнили ему о необходимости запереть дверь перед уходом, Стропилло ворвался в свой кабинет, захлопнул дверь и навалился на нее всем телом, защелкивая срывающимися пальцами внутреннюю щеколду.
Снаружи послышались увесистые удары.
– Открывай, Стропилло, хуже будет!
Стропилло метнулся к телефону.
Крыша!
Его крыша – Квадрат, он просто обязан защитить, отвести Арбуза, денежки отстегивались исправно, пусть не все, но все-таки отстегивались, Квадрат поможет… Ну!
– Але! – откликнулся наконец-то Квадрат.
– Квадрат, это я! – завопил Стропилло. – Квадрат, на меня наехали люди Арбуза, надо срочно что-то делать, они сейчас дверь выломают…
– Стропилло, ты, что ли? – лениво осведомился Квадрат.
– Квадрат, помоги… – Стропилло уже был на грани истерики, – я же платил!
– Платить – твоя обязанность, а не привилегия, – отчеканил Квадрат. – Ты меня достал. Сотрись, придурок, свое говно сам разгребай.
Стропилло уронил трубку и вжался затылком в стену, не в силах оторвать остекленевшего взгляда от содрогающейся под мощными ударами двери. Наконец щеколда не выдержала, и дверь с треском распахнулась. В кабинет неспешно вошли арбузовские братки. Так же неспешно приблизились они к оцепенелому Стропилло, взяли его под локотки и потащили к выходу. Стропилло не сопротивлялся, только тихо бормотал:
– Ничего, ничего…
Арбуз встретил Стропилло почти ласково.
– Какие люди, – протянул он, – и без охраны! Ах, нет, простите, конечно же, с охраной, я забыл о вашем высоком социальном статусе, достопочтенный Андрей Владимирович.
Арбуз подмигнул Стропилле и кивком головы отослал доставивших его братков.
– Возьмите стул, Андрей Владимирович, подсаживайтесь к столу, – Арбуз показал рукой на знаменитый стеклянный стол. – Коньячку не хотите? Разговор у нас будет длинный, это ничего, что я на «вы»?
Стропилло вздрогнул, однако взял стул и нехотя подсел к стеклянной плите. Арбуз помолчал немного.
– Коньячку, значит, не хотите? И правильно, алкоголь разрушает печень и туманит мозги, а они вам сегодня еще ох как понадобятся. Почему-то я в этом абсолютно уверен. А вы как?
Насупившийся Стропилло не отвечал.
– Молчите, – констатировал Арбуз, встал и прошелся по кабинету, – а вы не находите, что это невежливо, в конце концов? Я стараюсь, развлекаю вас приличным разговором, а вы как воды в рот набрали. Нехорошо! Впору и обидеться.
– Я… Я ничего… – промямлил Стропилло и опять замолк.
Арбуз вскинул брови в знак радостного удивления.
– Ну вот и услышал я ваш божественный голос, Андрей Владимирович! Вы уж как хотите, а я за это обязательно выпью.
Вызванная по селектору Танюша