Романс для вора

пресекал какую-то очередную его беспредельщину, чуть самого на тот свет при этом не отправил.
Стропилло похвалил себя за предусмотрительность. Когда на заре своей предпринимательской деятельности он метался в поисках крыши, знающие люди свели его с Корявым. Тогда Стропилло испугался жестокости и непредсказуемости авторитета, предпочел лечь под Квадрата – однако хорошие отношения с Корявым на всякий случай сохранил, периодически засылал ему презенты в виде наборов компакт-дисков своего производства вперемежку с бутылками дорогого коньяка. Так, на всякий случай, – вроде как небольшие сувениры в знак искреннего уважения.
Теперь вот пригодилось.
Стропилло завел мотор, врубил сразу вторую скорость, нетерпеливо вдавил в пол педаль газа. «Девятка» с жалобным визгом понеслась навстречу потихоньку расходившемуся дождю.
Корявый обычно спал днем, ночи же просиживал в задних комнатах небольшой круглосуточно работающей бильярдной «Карамболь» на улице Восстания – руководил оттуда делами, если не было нужды принимать в них участия самому.
Пулей влетев в пустую по случаю ночного времени бильярдную, Стропилло сразу же бросился к пожилому маклеру в запачканной мелом жилетке, что-то горячо зашептал ему на ухо. Маклер внимательно выслушал его, кивнул и исчез за небольшой деревянной дверью в углу зала. Через пару минут он вернулся и поманил Стропилло пальцем.
Стропилло облегченно вздохнул и нырнул в низкую дверь.
Корявый сидел за журнальным столиком, обложившись мобильниками и потягивая пиво из большой литровой кружки. Он молча поднял на Стропилло свои желтые полусумасшедшие глаза с расширенными от кокаина зрачками.
– Ну что, добегался, попрыгунчик? – спросил он равнодушно, ничуть не удивившись появлению взъерошенного и мокрого от дождя визитера. – Достали тебя арбузовские ребята?
– Ты знаешь? – Стропилло застыл у дверей.
– Земля слухами полнится. Знаю, что раз Арбуз спустил с поводка своих торпед, то зуб на тебя он наточил длиною с километр. Ну и что тебе от меня нужно?
Стропилло судорожно вздохнул, задержал дыхание и решился.
– Корявый, час «икс» пробил. Арбуз кислород перекрыл по самое некуда, если не избавлюсь от него – мне конец. Поэтому я к тебе. Плачу наличными…
Он еще раз задержал дыхание, махнул рукой.
– Сто кусков зеленью сразу, еще сто – потом. Всего двести.
– Когда? – все так же равнодушно спросил Корявый, однако Стропилло с радостью отметил, что его желтые глаза зажглись злым огоньком, зрачки сузились.
– Срочно. Сегодня.
Корявый отхлебнул пива, взял со столика мятую пачку «Беломора», повертел в цепких татуированных пальцах и бросил обратно.
– Вот так всегда. Как припечет – сразу Корявый. Что ж ты, тихоня, до сих пор меня сторонился, Квадрату жопу языком полировал? Ну и что, помог тебе твой Квадрат?
– Корявый, не время, – Стропилло напряженно изогнулся, заглянул Корявому в глаза, – я виноват, жизнь научила, помоги…
Корявый откинулся на спинку кресла, прикрыл глаза.
– Ну и чем тебе Арбуз так крепко насолил?
– Это мое дело, – насупился Стропилло.
– Ну что же… Твое – так твое.
Стопилло ждал с замиранием сердца.
– Ладно, – сказал, наконец, Корявый, – благодари бога, что у меня к Арбузу свой счет имеется. Так что не трясись, как глист на морозе, – завалим. Деньги сюда к девяти утра, все сразу.
Стропилло выдохнул и громко икнул.
Корявый усмехнулся:
– Эк тебя колбасит! Пивка хочешь?

Наступившая ночь оказалась богатой на события.
Не спал Стропилло, скрючившийся на мокрой от дождя скамейке салона верхней палубы экскурсионного теплохода «Площадь Декабристов – Шлиссельбург», на который он по укоренившейся в последнее время привычке устремился сразу же после разговора с Корявым. На нижней палубе места не нашлось – выходной, как-никак, – поэтому пришлось устроиться на верхней. Колыхающийся на ветру тент от дождя не спасал, однако Стропилло это не смущало – он судорожно сжимал в руке мобильник, и на мобильнике этом сосредоточилась вся его энергия, устремленная на один простой, как репа, вопрос – выжить. А выживание зависело на данный момент только от одного – от звонка Корявого с отчетом о выполненном заказе. О дальнейшем Стропилло старался не думать.
Не спал и генерал-майор Безродный, озабоченный поздним звонком скромного блондина – того самого, с которым он встречался накануне вечером в кофейне на Литейном. Блондин долго мямлил что-то невразумительное, однако в конце концов сознался, что задание, за выполнение которого