Олег Алешин жил обычной жизнью русского мелкого предпринимателя. Своя фирма, свой офис, квартира в центре и свежая иномарка. Но старая жизнь кончилась после его смерти. Но начинается новая. Он попадает в тело молодого баронета в мире меча и магии ! В мире, где есть люди, эльфы, гномы, орки и другие расы, но он такой один ! Он — ассир! (Черновик)
Авторы: Кузьмичёв Юрий Игоревич
— Возрадуйся славный народ орков, – вперед выехал Грых и поднял вверх обе руки; – я вел вас под защиту людского аристократа, а привел к сыну Харума, – вещал на орчьем отец Грума, а его сын рядом со мной переводил; – да он юн как и его конь и щенок. Но он готов принять каждого орка под свою сильную длань. Он даст шанс стать в строй его победоносного войска и привезти наш славный народ к силе и процветанию, – по мере его залихватской тирады орки стали рассматривать меня еще более пристально, малыш Ану забавно крутил головой, сидя на моих руках, а в лагере стояла мертвая тишина. Видимо орки не знали как реагировать на столь разительное отличие того о ком слышат, и того кого видят.
— Доблестный, Грых. Твои слава сладки как весенний ирбис, но правдивы ли они? – донесся хриплый неприятный голос, вышедшего из палатки низкорослого старого орка с костяными бусами на шее и высоким резным посохом в руке; – проходите в мой шатер, мы будем говорить.
В палатке нас уже ждал взрослый орк, сидящий возле большого медного котла на триноге по турецки, Грых кивнул ему как равный равному и мы всей компанией присели на ковер полукругом.
— Вы очень неплохо подготовились, дорогой мальчик, – ехидно заскрежетал шаман, косясь на малыша Ану, устроившегося у моих ног; – конь, пес и ваш внешний вид – все как в хрониках. Да и ваше явление именно к изгоям степи ход замечательный. Только это все равно не делает из вас сына величайшего Харума. Но если вы настаиваете, то я, так и быть, проверю вас из уважения к Грыху.
— Уважаемый, Чалык я оказался в этом мире недавно. Откуда я прибыл я не имею понятия, но занял тело баронета Ксандра в которого ударила молния, – с этими словами я встал и стал скидывать с себя панцирь и рубашку, оголяя торс; – после этого у меня почернели глаза, а спина превратилась в одну сплошную вязь рун из первоязыка, так что мне самому интересно больше узнать о себе, потому готов к любым проверкам, – шаман сглотнул и поднявшись стал водить своей скукоженой ладонью по моей спине, бормоча что то на орочьем.
— Поразительно! Такое повторить просто невозможно. Любого разумного бы просто убило, – заскрипел он на общем, а потом, немного успокоившись, вновь присел на свое место и стал бегло водить пальцами по своему посоху. Через несколько мгновений бестелые размытые пятна стали вылетать из его навершия и кружить вокруг меня, пытаясь укусить будто мошки. Моя аура после каждого касания духа (мне подумалось, что это были именно они) разгоралась золотым все сильнее, малыш Ану утробно зарычал, а его глаза окрасились в ярко красный цвет, и со стороны могло показаться, что в его глазницах разгорались два кострища в объятиях кромешной тьмы. Шаман прекратил бормотать свою мантру и духи растворились в воздухе, только сейчас я заметил, что на месте глаз у шамана были лишь белки. Моргнув, орк вернул нормальный облик и стал в восхищении пялиться на меня, а эмоциональный фон сменился на обожание и надежду.
