Олег Алешин жил обычной жизнью русского мелкого предпринимателя. Своя фирма, свой офис, квартира в центре и свежая иномарка. Но старая жизнь кончилась после его смерти. Но начинается новая. Он попадает в тело молодого баронета в мире меча и магии ! В мире, где есть люди, эльфы, гномы, орки и другие расы, но он такой один ! Он — ассир! (Черновик)
Авторы: Кузьмичёв Юрий Игоревич
— Мы можем менять оттенок кожи. И изобразить загар — это не сложно. Просто в пещерах в этом нет нужды. Да и ходим мы в том, в чем удобно.
— Понятно. Послушай, Штирлиц, – сказал я и взял его ладонь в руку; – даже полный идиот, глядя на твои ухоженные пальцы, лишенные каких-либо мозолей и грязи под ногтями, поймет что к чему. Так что, вы больше похожи на благородных, как-то надо бы будет обстряпать это дело. Рыцарями вас всех, что ли сделать или орден замутить, – почесал я несуществующую щетину, а потом передернул плечами от очередного потока холодного ветра, благо в пещере сквозняк поселился на постоянной основе; — Не знаю как вы тут жили столетиями, но у меня за несколько часов нахождения в этой норе настроение упало ниже плинтуса, и еще немного, я забьюсь в какой-нибудь грот и, напевая незамысловатые куплеты Стаса Михайлова, зарыдаю в голос, – обратив внимание на равнодушный взгляд «вампира» я не выдержал; – Родерик! Ты хоть понял о чем я говорю? А то по твоей безразличной мордашке можно подумать, что ты меня просто игнорируешь. Мыл мели Емеля – твоя неделя.
— В общем смысл ясен, – кивнул венту; – через десять минут все отобранные мной воины будут на выходе из пристанища. Только не понятно, кто такой Штирлиц. Но это было сравнением негативного оттенка. Сарказм — если позволите. Так что значения особого не имеет.
— Ахаха! А Стаса Михайлова значит и тут знают и юные вамирессы рыдают ночами на пролет под аккорды его песен?
— Я не обязан знать всех менестрелей по именам, а музыкой девушки венту не увлекаются; – пожал плечами Патриарх.
— Да, не удивительно. Я бы хорошо заплатил, чтобы увидеть венту с лютней. То еще наверное зрелище, – хмыкнул я, а потом услышал приближающийся топот сбоку и кивнул вампиру, отпуская заниматься вопросами сборов, а затем повернулся к своему другу; – Ну что, Грум? Пойдем на свет Божий! Точнее свет Создателя! Заодно по дороге расскажешь, что за отпечаток грусти на твоем челе.
— Нет никакой грусти, – тяжело вздохнул орк, покладисто следуя за мной в сторону выхода; – просто жаль, что я не родился принцем или хотя бы сыном хана племени!
— Вот это да! Ты же еще пол часа назад довольствовался быть доблестным воином. Откуда столь высокие запросы взялись в твоей зеленой головушке?
— Понимаешь, – стал объяснять орк активно жестикулируя руками; – когда ты ушел, я говорил с Ритой. Хотел поухаживать за ней. Все таки первый раз остался наедине с почти орчанкой, а я уже взрослый, но все без подруги, не то что ты. Ну и значит, я только галантно обнял ее и потянул на колени, как она шмыг и уже в углу комнаты. И спрашивает мол, ты чего, говорит, принц что ли, что всех хапаешь без спроса.
