Рожденная любить

ласкали ту женщину.
Отвращение Айлен отозвалось в нем острой болью. Едва войдя в спальню, он тут же понял, что жена все знает и плакала от обиды. Иен не без горечи решил, что не мог бы чувствовать себя хуже, если бы на самом деле переспал с той женщиной. Когда его нежная и страстная Айлен отстранилась, ему захотелось упасть перед ней на колени, умолять о прощении. Значит, как бы он ни стремился держать молодую супругу на расстоянии, мысль о причиненной ей боли в не меньшей степени терзала и его. – Я не смог этого сделать, – тихо сказал он, и Айлен напряженно застыла.
– Ты не спал с ней?
– Нет. Хотя не стану тебе лгать, я пошел туда именно для того.
Повернувшись к нему, Айлен изучала его лицо, гадая, понимает ли он, насколько важна для нее эта честность.
– Знаю, я видела вас в коридоре.
Он поморщился, вспомнив, как Мэри страстно его целовала.
– Я недолго колебался, верно? Мне хотелось вернуться на четыре года назад, когда мы с ней были влюблены друг в друга.
– Но не были любовниками.
– Нет, и мне захотелось узнать.
– понимаю тебя. Иен.
Она в самом деле это понимала, ибо испытывала подобное любопытство по отношению к Александеру, хотя не собиралась никому признаваться или что-то предпринимать.
– Кажется, ты более снисходительна, чем мог бы оказаться я.
– Ну, мне легко быть снисходительной, раз ты не спал с ней.
– Конечно, я дал тебе обещание. Но должен признаться, что ушел от нее не только из-за этого. Мне хотелось вернуть прошлое, но я вдруг понял, что в той постели мне его не найти, прошлое было ложью, девушки, которую я любил, никогда не существовало, В ее взгляде я увидел то же, что и в глазах многих женщин, с которыми утолял плотские желания. Это – шлюхи, только они притворяются утонченными дамами. Но я от нее отвернулся, и она сама мне все рассказала. Она была не милой девушкой, насильно выданной за старика, алчной женщиной, которая выбрала самого богатого и влиятельного из своих поклонников. А теперь, овдовев, решила, что я достаточно разбогател и могу стать хорошей добычей. Знаешь, мне не хочется даже думать, что бы она сделала с тобой. И слабые сожаления, которые у меня еще оставались, исчезли, едва Мэри показала мне, какая она на самом деле.
Айлен было немного больно оттого, что Иен бросил Мэри не из-за любви к жене, но она приказала себе не глупить. Хватит и того, что Иен ради священных обетов оставил красивую и многоопытную женщину, которую он, как ему казалось, давно любил. Пусть муж не способен дать ей всего, о чем она мечтает, но он доказал, что считает узы брака нерушимыми, а ведь так поступают не все мужчины.
Она молча начала ласкать и целовать его, по-своему используя приемы, которым он успел ее обучить. Когда Йен попытался взять все в свои руки, она ловко помешала ему. Не отрывая губ от его мощной шеи, Айлен медленно гладила ладонями напрягшееся от желания тело и упивалась его дрожью.
Потом робко провела языком по плоскому мужскому соску, и руки Иена судорожно вцепились ей в волосы. Она и сама так поступала, когда он целовал ей грудь. Сочтя это за одобрение, Айлен решительно продолжила свое занятие, пока муж не начал беспокойно приподниматься, и с большим интересом отметила, что его соски затвердели совсем как у нее.
– Тебе нравится?
– Разве надо спрашивать? – хрипло выдавил он, когда язык жены заскользил по его животу.
– Ты мог бы ответить по любезнее. Неутомимый язык утонул в пупке, и Иен чуть не задохнулся.
Но Айлен не останавливалась. Ее теплое дыхание и шелковистые волосы ласкали его чресла, и ему казалось, что он горит. Мелькнуло воспоминание, как осторожно знакомил он молодую супругу с новыми ласками, и Иен чуть не засмеялся. Она явно не нуждалась в том, чтобы с ней осторожничали.
– Иен? – окликнула она, нежно куснув его бедро, и тут же лизнула укушенное место. – Помнишь ту ночь, когда я пришла к тебе в спальню?
– Помню. – Он с трудом владел собой, поскольку губы почти касались той части тела, которая сильнее всего жаждала их прикосновения. – Ночь в канун нашей свадьбы.
– В коридоре я видела пару. Они занимались любовью.
– Бесстыдство.
– Ох да! Настоящее бесстыдство. Женщина сделала одну вещь… Я часто об этом думала, когда мы лежали вместе.
– Что за вещь?
– Ну… Не уверена, сумею ли я объяснить… Может, так делают шлюхи.
Иен не сразу обрел дар речи, потому что ее губы уже нашли цель.
– Тогда покажи.
– Но ты скажешь мне, если я не должна такого делать.
– Непременно скажу.
Тогда Айлен провела языком по горячей напряженной плоти, и он резко дернулся.
– Иен? – испуганно вскрикнула она, поднимая голову.
– Силы небесные, не останавливайся,