Рожденная любить

– засмеялся его друг.
Когда внезапно раздался дикий вопль, Айлен с удивлением и тревогой увидела, как навстречу им несется всадник. Потом она решила, что один воин не стал бы нападать на такой большой отряд, и тут заметила, что муж радостно улыбается. Вскоре какой-то юноша умело осадил перед ними своего коня и тоже улыбнулся Иену.
Хотя Маклэганы отличались яркими волосами, тем не менее Айлен изумила ярко-оранжевая голова незнакомца. Видимо, он не родня Маклэганам. Юноша повернулся к ней, и она чуть не ахнула; такими невероятно красивыми оказались у него глаза: чуть раскосые, опушенные густыми и длинными ресницами, необычного темно-янтарного цвета.
– Фелан когда-нибудь тебя убьют, решив, что напал безумец, – укорил его Иен.
– А по-твоему, я не безумец? – Фелан снова ухмыльнулся и кивнул в сторону Айлен: – А эта прекрасная дама – твоя жена?
– Да. Прежде чем стать леди Маклэган, она звалась леди Айлен Макрот. Айлен, этот дикарь – сэр Фелан О’Коннор.
Когда молодой рыцарь поцеловал ей руку с изяществом опытного придворного, она почувствовала, как его длинные волосы коснулись ее кожи, и была изумлена, что они оказались нежно-шелковистыми, словно лепестки ноготков, цвет которых они напоминали. Встретив его внимательный взгляд, Айлен покраснела. Хотя лицо Фелана еще не утратило милой ребячливости, в его глазах читалось восхищение мужчины, знакомого со страстью.
– Миледи, – пробормотал юноша «негромким, но приятным голосом, который она невольно сравнила с голосом Александера.
– О, зовите меня просто Айлен.
– А я просто Фелан, – улыбнулся он. – «Сэр» означает лишь, что мне посчастливилось оказаться в нужном месте в нужное время.
Наверняка молодой человек скромничает. Поскольку он выглядел слишком молодым, чтобы заслужить посвящение в рыцари, то, по всей видимости, приуменьшил значение события, которое может послужить темой интереснейшего рассказа. Но Айлен почувствовала, что от самого рыцаря она подробностей не узнает, с его точки, зрения, ему просто очень повезло. В манере Фелана было нечто, заставившее се уже более спокойно ожидать встречи с родственниками Иена.
– В замке готовят пир. С тех пор как вчера утром в Карэдленд прибыл твой оруженосец, все словно с ума по сходили.
– И поэтому ты скачешь по горам. Фелан?
– Вот именно. Они хотели поручить мне какую-нибудь работу, а улизнуть от бдительной Сторм весьма нелегко, к твоему сведению. – Фелан озорно подмигнул Александеру, – Наверное, мне стоит поспешить обратно и предупредить Тэвиса, что с вами едет этот красавчик. Можно не сомневаться, что он будет просто счастлив.
– Нет, давайте удивим моего брата. Я нарочно велел Мердо ничего не говорить, – задумчиво протянул Иен. – Пусть лучше Александер сам объясняет Тэвису, что заставило его осчастливить нас своим приятным обществом.
– Неужели человеку нельзя повидать друзей без того, чтобы его не заподозрили в чем-то дурном? – возмутился Александер.
– Нельзя, если человек заставляет вздыхать по себе чужую жену, – сухо ответил Иен.
– Ты по мне вздыхаешь, миледи? – обратился Александер к Айлен.
Она ответила на его ухмылку недовольным взглядом, а затем, томно прикрыв глаза, вздохнула:
– О да! Я буквально таю и готова упасть к твоим ногам.
– Ты в самом деле скоро упадешь к его ногам, если не будешь держать поводья, – вмешался Иен, и его воины засмеялись.
– Нет, Белтрейн не двинется с места, я же велела ему стоять. – Айлен обняла жеребца за шею. – Ты ведь хороший мальчик, правда? – проворковала она.
– Это же конь, миледи, а не собачонка, – с наигранным возмущением укорил ее Иен и добавил: – Ну, может, хватит тут стоять? Пора заканчивать путешествие.
Его воины разразились одобрительными криками.
Вздохнув, Айлен тронула коня и постаралась держаться рядом с мужем, которому не терпелось увидеть близких. И вряд ли он замечает, что жена не разделяет его нетерпения.
Когда они въехали в ворота Карэдленда, Айлен постаралась отвлечься от тревожных мыслей и начала внимательно глядеть по сторонам. Это оказался не простой замок, а большая и надежная крепость с хозяйственными постройками, содержащаяся в образцовом порядке. Хотя клан Маклэганов был небольшим, зато сильным и довольно богатым. Теперь ясно, почему Иен говорил о Карэдленде с такой гордостью.
Помогая жене сойти с коня, Иен вдруг понял ее состояние. Конечно, она могла не разделять с ним радость приезда в Карэдленд. Он-то возвращался домой, а Айлен попала к незнакомым людям.
– Идем, все не так страшно, – мягко сказал он. – По крайней мере это не будет для них полной неожиданностью. Тебя ждут.
Ей удалось выдавить улыбку.