Рожденная любить

его увидеть.
– Мы никогда его не видим, так ведь? Он оставляет едва заметный след, и, даже если нам удается пройти по нему, самого Макленнона мы не находим.
Тут Иен вдруг привалился к Роберту, лишившись последних сил, потраченных на борьбу с беспамятством.
– Святители небесные, неужели ублюдок все-таки добился своего? – в ужасе спросил Фелан, вернувшийся вместе с Мердо на место поединка.
– Нет, он просто в обмороке. Ты упустил его.
– Да, будь он проклят.
– Думаю, нам лучше поскорее отвезти Иена в Карэдленд.
Айлен перевела взгляд с шаловливых щенят, с которыми забавлялась в конюшне, на Уоллеса, стоявшего в дверях и глядевшего во двор замка, где возникла какая-то суета. Когда тот озабоченно взглянул на нее, она почувствовала, как у нее от страха дрогнуло сердце, и поспешно встала. Уоллес попытался ее остановить, но Айлен быстро прошла мимо конюха, чтобы увидеть все своими глазами.
– Нет, – прошептала она, потом вскрикнула. «Иен!» – и бросилась к мужу, которого несли воины. Однако ее перехватил Роберт и заставил остановиться.
– Он не умер, только ранен, – сказал он, прижимая сестру к груди. – Успокойся, и я отведу тебя к нему.
– Макленнон? – Айлен постаралась взять себя в руки.
– Да, но мы его упустили.
– Святители небесные, опять!
– Да, опять. Ну, тебе уже лучше?
– Лучше. Просто я испугалась, когда увидела, как его несут.
– Тогда идем. – Роберт взял ее за руку и повел к замку. – Ему незачем было видеть тебя насмерть перепуганной, он бы решил, что повредил тебе и ребенку. Ну, теперь до весны он останется в Карэдленде.
Позже, сидя у постели Иена и дожидаясь, пока он очнется, Айлен решила, что брат скорее всего прав. Если не будет заражения и лихорадки, то жизнь мужа вне опасности, хотя кинжал проник глубоко и рану пришлось зашивать. Теперь пройдет немало времени, прежде чем Иен сможет нормально двигаться, не боясь, что рана снова откроется. А когда он полностью оправится уже наступит зима, работы в Меркрэге прервутся до весны.
– Ну, супруг мой, – прошептала Айлен, – для разнообразия ты побудешь возле жены. Бежать тебе некуда.
– Айлен! – простонал тот, приходя в себя: ему показалось, что он слышит голос жены.
Моля Бога, чтобы муж не расслышал и не понял се слов, Айлен улыбнулась, осторожно приподняла его голову и дала попить. Ей не нравилась его бледность, но она утешилась мыслью, что это скоро пройдет.
– Как я сюда попал? – хрипло спросил Иен, опуская голову на подушки.
– Тебя привезли Роберт, Фелан и Мер до. Они решили, что здесь тебе будет лучше.
– Я настолько плох? – Он дотронулся до перевязанного бока.
– Нет, только рана глубокая, и ты должен лежать, чтобы швы не разошлись, а то долго не поправишься. Ты и так потерял много крови, ни к чему пускать ее заново.
– О Господи! Он был почти у нас в руках. – Айлен взяла его за руку, и он бессознательно сжал ей пальцы. – Я устал от этой игры.
– И я тоже, хотя играю в нее не так долго. Ты уверен, что Макленнон – не колдун?
– Или не призрак, да? – Иен слабо улыбнулся. – Нет, если ему нанесешь рану, из нее течет кровь, а это бывает только с живой плотью, – насмешливо добавил он. – Они были осторожны, когда принесли меня? Тебе сейчас волнения ни к чему.
– Роберт успел перехватить меня, поэтому я не успела подумать о самом страшном. Он обо мне позаботился.
– Вот и хорошо, – устало прошептал Иен, чувствуя непреодолимое желание заснуть. – Отдохни, со мной все будет в порядке.
– Знаю, Иен. – Она поцеловала его в щеку. – Я посижу рядом, пока ты не уснешь. Мне просто хотелось убедиться, что ты пришел в себя. Тебе ничего не надо?
– Голову Макленнона на блюде, – сонно пошутил он, опять сжимая ее пальцы. – Думаю, у тебя это не получится.
– Обещаю быть хорошей девочкой, – улыбнулась Айлен, целуя руку мужа.
– Клянешься? – спросил он и заставил себя открыть глаза, чтобы строго взглянуть на нее. – Пока я был рядом, ты никаких глупостей не делала, но сейчас, подозреваю, у тебя в голове может родиться какая-нибудь дикая мысль.
– Возможно, и родилась бы, если бы мне не приходилось думать о жизни нашего ребенка.
– Ну да, – пробормотал он и тут же заснул. Айлен еще долго сидела рядом, глядя на спящего мужа.
Время от времени она отводила с его лица упавшие волосы, а заодно проверяла, нет ли жара. Видимо, глубокий сон Иена вызван не только раной, он казался очень усталым. Лишь бы у него остались силы, чтобы бороться с лихорадкой. Сторм пришлось чуть ли не волоком уводить подругу спать, и та неохотно прекратила свое бдение, уступив место у постели раненого Тэвису.
Айлен возмущенно смотрела на мужа, всерьез подумывая о том, не ударить ли его по