Рожденная любить

к отъезду, его сопровождал ее брат. Александера тоже пригласили, однако тот отказался. Конечно, хорошо ей, что Иена всегда так охраняют, но лучше бы ему вообще запретили уезжать. Если бы его заставили остаться, возможно, они сумели бы залатать глубокую трещину, которая теперь пролегла между ними.
– Наверное, работы в Меркрэге уже подходят к концу, – негромко сказала она, когда Иен остановился перед ней, чтобы поцеловать ее в щеку, как он целовал на прощание детей.
– Почти. Думаю, зимовать мы будем уже там.
«И тогда мне будет по-настоящему одиноко», – подумала она.
– Береги себя, Иен.
– И ты тоже.
Он чувствовал, как трудно ему отвернуться от жены, поэтому быстро ушел, опасаясь, что его воля ослабеет и он останется.
Айлен вяло помахала рукой удаляющимся всадникам. Возможно, переезд в Меркрэг окажется полезным для них обоих, но если Иен и там найдет способ набегать се, исключит из своей жизни, то она будет совершенно одинока. В Карэдленде у нее хотя бы есть друзья, которым она по-настоящему дорога. Конечно, их забота не могла примирить ее с равнодушием человека, которого она любит, но они хоть немного заполняли пустоту в ее жизни.
Айлен взяла Патрика у кормилицы, поскольку Луиза нещадно его донимала, и отправилась в детскую, где ожидала увидеть Сторм, но, к ее смущению, там же был и Александер. Когда ей удалось увести подругу от детей, Александер пошел с ними. В конце концов Айлен решила, что обсудит все в его присутствии, потому как он все равно знал о се неприятностях. Не имело смысла пытаться что-то скрыть от этого проницательного человека. Впрочем, Айлен казалось, что в Карэдленде ни для кого не секрет ее отношения с мужем.
– Я дала Иену еще одну возможность, Сторм, – заявила она. – И ты видела, что он сделал.
– Увы, – вздохнула Сторм.
– Теперь я испробую твой план.
– Когда?
– Через неделю.
– Чтобы его бдительность ослабла?
– Да, пусть он успокоится и расслабится. – Взглянув на Александера, она вдруг обрадовалась его присутствию, ибо ей пришла в голову неожиданная мысль. – Александер, – промурлыкала она.
– Ото! Кажется, я сильно пожалею, что пошел за вами.
– Не пожалеешь, мне просто нужны твои опыт и знания.
– В чем? – подозрительно спросил он.
– Я хочу, чтобы ты рассказал мне, как обольщают и соблазняют.
Айлен улыбнулась, когда Александер начал хохотать.

– Он сразу заподозрит, что без меня тут не обошлось, – сказал Александер, когда они подъехали к Меркрэгу.
– Если все пройдет удачно, ты никоим образом не пострадаешь. Надеюсь, у меня все получится, – пробормотала Айлен, начиная всерьез тревожиться.
– Если ты сумеешь остаться с мужем наедине и применить на деле хоть часть того, чему я тебя научил, твоя победа обеспечена.
– Что за тщеславие! Ах, Айлен, у меня ведь нет ни твоей красоты, ни такого чудесного и обольстительного голоса.
– Я нахожу твой голос очень обольстительным. – Александер взял ее руку и поднес к губам.
– Веди себя как подобает, а то Белтрейн станет меня ревновать. – Айлен похлопала коня по сильной шее и начала разглядывать крепость.
На ее взгляд, постройки Меркрэга вполне годились для жилья. И это мнение не изменилось, когда они подъехали ближе. Стены казались достаточно надежными, чтобы защитить обитателей замка от нападения врагов. Айлен почувствовала болезненный укол и поняла, что надеялась увидеть какие-либо недостатки, которые послужили бы веской причиной невнимания Иена к ней. Если бы крепость представляла собой развалины, она еще могла бы оправдать долгие отлучки мужа и немного утешиться. Однако перед ее глазами был замок, который даже самому придирчивому человеку показался бы достойным гордости.
Проезжая в ворота, Айлен на секунду почувствовала желание повернуть коня и направиться обратно в Карэдленд, ибо увидела рядом с Йеной женщину, которую надеялась никогда больше не встретить. На миг она испугалась, но к ней тут же вернулось мужество. Нет, она не станет убегать, будто совершила недостойный поступок. Если Иен превратил замок в место для любовных свиданий, значит, это он поступил нехорошо.
– Успокойся, девушка. Присутствие той волчицы еще не говорит о том, что здесь происходило нечто предосудительное, – тихо сказал Александер.
Однако его слова не убедили Айлен. По ее мнению, у Иена был виноватый вид. И хотя она говорила себе, что Роберт никогда не допустит, чтобы тут происходило нечто дурное, се сомнения не рассеялись. Как бы он смог им помешать? Тем не менее Айлен решила не оскорблять мужа подозрениями и считать