Руины

Шедшие впереди индейцы начали быстро и возбужденно переговариваться на своем языке. Скалли не поняла, обрадовались они или встревожились. Последние два дня все ее усилия сосредоточивались только на том, чтобы шаг за шагом пробираться в дебри джунглей, все более удаляясь от цивилизации, комфорта и безопасности.
Фернандо Агилар ускорил шаг.
— Идите скорее, amigos, — позвал он и, раздвинув стебли гигантского папоротника, вытянул руку вперед, в сторону высокого дерева — сейбы. — Смотрите, Кситаклан!
Измученный Малдер остановился рядом со Скалли, в его глазах сверкнул интерес. Владимир Рубикон энергично рванулся вперед.
Затаив дыхание, Скалли смотрела на древний разрушенный город, который, возможно, стоил
жизни Кассандре и ее друзьям. Серые тучи, нависавшие над ним, скрывали солнце, и все вокруг было погружено в угрюмый сумрак;
только неуклюжие силуэты развалин высились подобно утесам в штормовую погоду.
Над городом доминировала увенчанная башней ступенчатая пирамида Ее очертания казались нечеткими из-за буйной растительности, опутывающей стены. Широкая открытая площадь перед пирамидой была вымощена плитами, из трещин между ними прорастали тонкие длинные деревца. Вокруг виднелись усыпальницы и богато украшенные резьбой стелы, некоторые из них были повалены разрушительной силой времени и природы
— Поразительно, — сказал Рубикон, подталкивая Фернанда Агилара в спину.
Археолог вступил на площадь, радостный и взволнованный, его эспаньолка задорно топорщилась. Он обернулся к Скалли и Малдеру, заражая их своим возбуждением:
— Обратите внимание на размеры площади. Вообразите, сколько народу приходило сюда. Дело в том, что майя возделывали землю при помощи подсечно-огневой системы, выжигая вырубки, а это, конечно, не давало им возможности прокормить крупные, густонаселенные города, подобные этому. Самые большие города, такие как Тикаль или Чичен-Ица, наполнялись народом только во время больших религиозных церемоний, игр в мяч и сезонных жертвоприношений. В остальное время года люди жили в джунглях-
— Что-то вроде современной олимпийской деревни, — заметил Малдер.
Они со Скалли подошли к старому археологу, а индейцы остались стоять на опушке леса, оживленно жестикулируя и толкуя о чем-то.
— Вы сказали, игры в мяч, доктор Рубикон? — переспросила Скалли. — Значит, у них были развиты зрелищные виды спорта?
— Полагаю, здесь находился стадион. — Доктор Рубикон обвел рукой широкое, расчищенное пространство, окруженное сложенными из отесанных плит стенами, уже частично поглощенное джунглями. — Да, это была игра… гм, что-то между футболом и баскетболом. Они толкали тяжелый каучуковый мяч поясницей, бедрами и плечами, а руками его трогать запрещалось. Нужно было забросить мяч в каменное кольцо, укрепленное на стене.
— Значит, у них были победители, награды и все такое, — сказал Малдер.
— Проигравшие в турнире обычно приносились в жертву богам, — продолжал Рубикон, — им отрубали головы, вырезали сердца, а кровью окропляли землю.
— Вероятно, чтобы избежать такой ужасной кары, несчастные напрягали все силы ради победы, — задумчиво проговорил Малдер.
Рубикон пошел вперед, озабоченно оглядываясь по сторонам и нервно теребя бородку.
— Я не вижу признаков пребывания здесь Кассандры и ее партии, не вижу следов начальных раскопок. — Он оглянулся, но их окружали безмолвный заброшенный город и угнетающие своей безбрежностью джунгли. — Думаю, придется отказаться от надежды, что у них просто сломался радиопередатчик.
Скалли обнаружила участок, где деревья и кустарник были вырублены. Полусожженные ветки и лианы громоздились кучей, будто кто-то пытался разжечь костер, чтобы уничтожить лишний мусор или подать отчаянный сигнал бедствия.
— Они находились здесь не так давно, — заметила она. — Думаю, за месяц все следы их работы были бы уничтожены и скрыты джунглями.
— Может, они заблудились в джунглях или их съел ягуар, а? — с усмешкой произнес Агилар..
— Они были не так уж беспомощны, — отрезала Скалли.
— Партия Кассандры должна была действовать более аккуратно, — сказал Рубикон, словно пытаясь убедить самого себя. — Не так, как в старые времена, когда любители-землекопы приходили ради забавы. Профессиональные археологи должны действовать с осторожностью, осматривая каждый камень, отыскивая важные детали. — Он пристально смотрел на полуразрушенные каменные сооружения. — Самый худший тип любителей — это те, кто считает, что трудятся на пользу истории В начале века они приходили в старые храмы, безжалостно сбивали плиты