Руины

мы сталкивались с какими-нибудь странными явлениями, я часто находил необычные объяснения, к которым, знаю, ты всегда относилась скептически, но каждый раз все же бывала справедлива ко мне. Ты уважаешь мое мнение, даже когда не согласна с ним. — Он посмотрел на свои руки. — Не знаю, говорил ли я тебе когда-нибудь, что очень ценю это.
Скалли с улыбкой повернулась к нему:
— Ты говорил, Малдер. Может, не словами, но говорил…
Он вздохнул и решил затронуть тему, которую обычно избегал:
— Знаю, ты не захочешь мне поверить и на этот раз, спишешь все на обманчивый лунный свет или на головокружение из-за недосыпа, но две ночи назад я услышал шум в джунглях. Я высунул голову, чтобы узнать, в чем дело, и заметил, как по краю леса передвигается огромное существо. Ничего подобного я раньше не видел. Хотя это не совсем так… Я видел это много раз, но не в реальной жизни…
— Малдер, о чем ты говоришь? — спросила она.
Но тут из джунглей до них донесся громкий треск веток, свидетельствующий о передвижении крупного животного. Малдер поднял голову и почувствовал, как в жилах холодеет кровь.
— Я думаю, что видел… одного из этих пернатых змеев. Очень похожих на эти статуи. — Он показал на обвивающуюся вокруг стелы змею. — Существо было больше крокодила и двигалось с непостижимой грацией. Ах, Скалли, это нужно видеть. Оно напомнило мне дракона.
— Малдер, Пернатый Змей — всего лишь мифический образ, — сказала Скалли, автоматически возвращаясь к своей роли скептика. — Твое видение было спровоцировано тем, что ты часто рассматривал его изображения и изучал легенды доколумбового периода. Скорее всего это был кайман, в джунглях встречаются очень крупные экземпляры этих рептилий. Когда ты увидел, как он движется, твое воображение дорисовало остальные детали, которые тебе хотелось бы видеть.
— Может быть, и так, Скалли, — сказал он, перекладывая пистолет из одной руки в другую. Шум в кустах становился все громче. Малдер заговорил быстрее: — С другой стороны, посмотри, какое огромное количество изображений Пернатого Змея встречается на всех изделиях майя в разных местностях, а здесь, в Кситаклане, в особенности. Это очень странно. Змей с перьями. Откуда появился этот миф, если индейцы с Юкатана не видели подобного существа своими глазами? Такое можно объяснить только распространенными во всем мире мифами о драконах и других сказочных змеях.
Он следовал за своим воображением, и слова текли непрерывным потоком:
— Странно, не правда ли, что десятки культур в мире создали такие сходные мифологические образы? Они не назывались пернатыми змеями, но выглядели почти так же. Длинная перистая чешуя и извивающееся тело.
Шум в джунглях становился все громче. Какое-то существо прокладывало путь к Кситаклану, словно его притягивало магнитом. По мере того как шум нарастал, возникало чувство, что множество гигантских существ устремилось к площади. Малдер поднял пистолет.
— Прислушайся, Скалли. Надеюсь, нам не придется встретиться с одним из моих воображаемых пернатых змеев лицом к лицу.
Шум продолжал нарастать. Трещали деревья, раскачиваясь и падая. Скалли встала рядом с Малдером поближе к костру, оба с оружием наготове, решив стоять до конца, если понадобится.
Но испуг Скалли неожиданно сменился любопытством:
— Подожди, Малдер, это же механический шум.
Как только она это произнесла, Малдер понял, что нарастающий шум действительно был скрежетом колес и гудением моторов.
С оглушающим воем в небе взорвались звезды, залив все кругом ослепительным белым светом.
— Это фосфорные вспышки, — сказал Малдер. — Обычно ими пользуются военные.
В мерцающем белом свете на выложенную плитами площадь Кситаклана выехали два громоздких вездехода. За машинами виднелись темные фигуры людей в камуфлированной форме, продирающиеся из джунглей. Они двигались, низко пригнувшись, держа автоматы наготове, перебрасываясь короткими фразами, когда стремительно меняли позицию, подобно армии термитов, устремляющихся к новому гнезду.
— Что здесь происходит? — тревожно и недоумевающе спросила Скалли своего партнера.
— Кажется, нам не стоит к ним бежать. Скалли мгновенно оценила вооружение, солдат, машины. Неуклюжие вездеходы останавливались, круша плиты, вывернув вверх корнями три огромных дерева. Коммандос подбежали, полные решимости, и тут Малдер осознал, что отрывистые фразы, которыми они перебрасывались, произносились на английском, а не на испанском языке.
С первого взгляда ему показалось, что это мексиканские партизаны, но, хотя и не заметив знаков отличия ни на форме, ни на машинах, он понял, что нашел другой