Что может быть страшнее приезда тетушки из Одессы? Только охота, которая начинается на эту тетю и, как выясняется, все из-за наследства, оставленного пожилой даме покойным мужем. Родственные узы побуждают красавицу и ловкую мошенницу. Лолу и ее напарника.Маркиза вмешаться в это опасное дело, только вот могут ли ловкость и изворотливость противостоять жестокости и алчности?
Авторы: Александрова Наталья Николаевна
на перроне машину «скорой помощи», к которой неторопливо направлялись санитары со своей ношей, и еще одну машину — невзрачные «жигули» с мигалкой на крыше и с боевой милицейской раскраской по бортам.
Проводник седьмого вагона разговаривал с мрачным сутулым парнем лет тридцати, в поношенной кожаной куртке и линялых джинсах, словно вышедшим из популярного сериала «менты».
Парень тоскливо курил, в левой руке он держал розоватый мятый листок билета.
— Свириденко, значит… — проговорил он, морщась, как от зубной боли, ну, нет покоя! Еще один глухарь! Свириденко, значит, Калерия Ивановна… ну чистый глухарь, печенкой чую…
Лола изумленно уставилась на тетю Калю и хотела что-то ей сказать, но тетка неожиданно схватила ее за локоть и поволокла в сторону вокзала, как бурный поток тащит легкую щепку.
— Тетя Каля, — Лола попробовала вырваться, но это было совершенно невозможно, — тетя Каля, а как же.., вы же встретить хотели.., свою знакомую… черешня…
— Встретила уже! — проворчала та, затравленно оглядываясь. — Покушали черешни!
— Да объясните вы мне наконец, что произошло!
Тетя Каля резко остановилась, приблизила к племяннице побледневшее под многолетним загаром лицо и испуганно прошептала:
— Так то ж и была Захаровна!
— На носилках? — растерянно переспросила Лола.
— Ну да, на носилках!
— А почему этот мент сказал — Калерия Ивановна Свириденко? Кто это Свириденко?
— Так то ж я! — прошептала тетя Каля, еще больше округлив глаза. — То ж я по третьему мужу Свириденко!
— Господи! — Лола завертела головой, как будто надеялась, что от этого ее мысли прояснятся. Тетя Каля, да объясните же вы мне наконец, причем здесь вы?
— Так я же Захаровне свой половинный отдала!
Чтобы он не пропал, а ей подешевле ехать! Заодно и черешни ящичек поставили, у нее своих-то вещей немного было! Ящичек-то совсем небольшой…
— Знаю, два пудика, — вставила Лола.
— Ну вот, ты же сама знаешь! — обрадовалась тетка.
— Да ничего я не знаю! — вскрикнула Лола, так что на нее оглянулся проходивший мимо носильщик. — Объясните мне толком, причем здесь черешня, причем здесь вы и почему мы удрали с перрона, как преступники?
Лола потеряла способность соображать быстро только оттого, что в данный момент находилась, если можно так выразиться, не на работе, и совершенно не ждала от тети Кали никаких криминальных неприятностей. То есть она предчувствовала, конечно, заранее, что на то время, пока у них гостит тетка, о спокойной жизни придется забыть, но чтобы так сразу — и вдруг покойник… это, знаете ли, чересчур.
— Та! — обиженно скривилась тетя Каля. — Ну до чего ж ты все-таки непонятливая! Черешня тут вовсе не причем, а я Захаровне отдала свой билет половинный…
— Льготный, что ли? — догадалась наконец Лола.
— Ну да! И документы свои отдала, удостоверение пенсионное и ветерана труда, а то ведь без документов сейчас в поезд не пускают, а с моими документами — это всегда пожалуйста…
— Ужас какой! — воскликнула Лола. — Так выходит, теперь они при ней найдут ваши документы… уже нашли…
— Выходит, так! — пригорюнилась тетя Каля.
— Да зачем же мы оттуда сбежали? — Лола оглянулась в сторону платформы. — Надо было подойти, все им объяснить.., так и так, это я Свириденко, а погибшая — Захаровна.., как ее там по фамилии…
— Карацупа, — горестно сообщила тетя Калерия Ивановна, — Карацупа Мария Захаровна…
— Ну вот! — и Лола сделала шаг в обратном направлении, в сторону представителей законной власти.
— Знаю я этих ментов! — простонала тетя Каля и потянула Лолу за руку. Привяжутся, потом ни за что не отпустят! Я после первого мужа год на привозе стояла, рынок так у нас называется, так каждый почитай день менты налетали, что твои махновцы! И пока не откупишься от них — ни за что не выпустят! Конечно, ваши-то менты пожиже будут, никакого виду… — тетя Каля презрительно поморщилась, — вот у нас, в городе Черноморске, менты — так это менты! Здоровые, пузатые, один капитан Голопузенко чего стоит! Кулак, что твоя тыква, усы, как у моржа, как гаркнет — с деревьев листья падают.., но до денег небось ваши тоже жадные! Нет, я к ментам в жизни не подойду! У меня и времени нет, дела важные, и денег нет лишних, чтобы от них откупаться…
— Но как же… — предприняла Лола еще одну попытку, — ведь они теперь вас запишут как умершую…
— И не уговаривай! — сурово отрезала Калерия Ивановна. — Чтобы я своими ногами к ментам пришла? Хоть умершую, хоть воскресшую — мне наплевать! И Ивану Тимофеичу неприятности будут.., не бывать такому! — и она решительно зашагала прочь.
Оглянувшись, Лола увидела, что милицейская машина, включив мигалку, уехала
