Руки вверх, я ваша тетя !

— то ж я знаю, — вставила реплику тетя Каля, — то ж знаменитый человек, у нас в Черноморске градоначальник такой был, улица даже в его честь названа!
Лола недоуменно посмотрела на тетю и отложила жакет:
— Нет, все не то! Придется в магазин идти, тут неподалеку новый открыли, от швейного объединения «Марина».
Новый магазин вызвал у тети Кали ностальгические чувства.
— Ой, да я ж в такой точно кофточке с Изей познакомилась, со своим первым мужем! — воскликнула она, уставившись на батистовую блузку с рукавами-фонариками. — Аккурат такие рукавчики, только цветочки помельче были! А в таком платье я на привозе стояла!
Вокруг поодиночке и небольшими группами бродили малоимущие покупательницы и тяжело вздыхали. Лола услышала, как одна из них вполголоса говорила подруге:
— Нет, лучше уж на рынке.., это уж как-то все больно уныло! А вроде и не так уж дешево!
У Лолы была своя собственная цель, отличная от остальных покупательниц, и она решительно потянула к себе тоскливый официальный костюм цвета «несбывшиеся надежды».
Продавщица с удивлением посмотрела, как хорошо одетая и явно обеспеченная женщина примеряет это чудо отечественного дизайна, и приблизилась, чтобы посмотреть на чудачку.
— Ничего костюмчик, — заявила она с фальшивым энтузиазмом, — и сидит отлично! Как на вас шили! А цвет — ну до чего вам к лицу! Надо брать, и не задумывайтесь!
— Девушка, не надрывайтесь! Маскарад у нас в банке, — пояснила Лола, поворачиваясь боком к большому зеркалу и придирчиво разглядывая себя в профиль, — я оденусь школьной учительницей младших классов, точно ни одна собака не узнает!
— Тогда вам еще очки нужны, — предложила продавщица, — какие попроще, из аптеки.
— Молодец, — Лола с интересом взглянула на продавщицу, — соображаешь! Костюмчик-то этот заверни, возьму!
В соседней аптеке она действительно подобрала невзрачные, давно вышедшие из моды очки с простыми стеклами, и через полчаса, оглядев в зеркале результаты своего труда, осталась довольна. Макияж она радикально изменила, надела туфли на низком каблуке (немецкие, некрасивые, но довольно удобные — уродовать ноги белорусским изделием она не решилась). Теперь из зеркала на нее глядело унылое создание неопределенного возраста с печатью неудавшейся жизни на лице.
— Одно плохо — по улице идти в таком виде! Прохожие шарахаться будут! Ну да ладно роль есть роль!
Тетя Каля мужественно предложила проводить племянницу, хотя не могла без внутреннего содрогания вспоминать контору нотариуса Штокенвассера и вообще всю девятую Красноармейскую улицу. Однако Лола категорически запретила ей это:
— Тетя Каля, ты что, на нары хочешь угодить?
Да они ж тебя с собаками разыскивают!
— С собаками? Да разве ж у вас в Питере собаки? Вот у нас в городе Черноморске собаки, так то ж собаки… — завела Калерия Ивановна свою обычную песню, но Лола, не дослушав ее, махнула рукой и улетучилась.
На улице она действительно пережила пару неприятных моментов, когда юная особа в очень недурном красном платье от Донны Каран окинула ее презрительным взглядом, а бежавшая рядом крошечная левретка испуганно тявкнула и спряталась за хозяйку. Кроме того, никто из водителей, кому она махала рукой, не хотел останавливаться, видимо сомневаясь в ее платежеспособности.
Наконец, когда Лола уже отчаялась поймать машину и направилась в сторону станции метро, возле нее остановилась ржавая, видавшая виды «копейка». Водитель, занудный дедок с недовольно поджатыми губами, почувствовав родственную душу, всю дорогу пытался разговорить пассажирку на темы политики и в итоге взял с нее совершенно смешные деньги.
Нотариальная контора на девятой Красноармейской была закрыта, но изнутри доносились какие-то звуки, и Лола требовательно надавила на кнопку звонка.
— Написано же — контора закрыта! — раздался за дверью страдальческий девичий голосок.
— Милиция! — рявкнула Лола.
Дверь открылась. На пороге стояла бледная девица в круглых очках, сползающих на кончик носа, — судя по тетиному описанию, секретарша покойного нотариуса.
— Я ведь вчера вашему сослуживцу все уже рассказала, — протянула девица, тем не менее отступила и пропустила Лолу в приемную.
— Тогда был предварительный опрос, — строго заявила Лола, — а теперь будет снятие показаний в рамках следствия. Кроме того, тот сотрудник был из другого отдела.
Она говорила какую-то ерунду с важным и уверенным видом. Как бывшая актриса, она прекрасно знала, что зрители никогда не вслушиваются в текст роли, обращая внимание в основном на интонацию и эмоции актера. Правда, сейчас перед ней был один-единственный зритель, но незыблемые принципы