Руки вверх, я ваша тетя !

проговорила рыжая девица, протискиваясь к зеркалу и доставая из сумочки голубоватый пластмассовый флакон, видимо, с лаком для волос.
Тетя Каля хотела было высказать нахалке все, что она о ней думает — и о ее уродских очках, и о рыжей нечесаной шевелюре, и в особенности об ужасных манерах — в общем, поставить наглую особу на место, но та неожиданно уставилась на Калерию Ивановну полным необъяснимой ненависти взглядом и брызнула ей прямо в лицо из своего флакона неприятно и резко пахнущей жидкостью.
— Это что за… — начала тетя Каля в глубоком возмущении, но тут же в глазах у нее потемнело, голова закружилась, и черноморская воительница плавно сползла по гладкой розовой кафельной стенке на такой же гладкий и такой же розовый кафельный пол.
Наглая же девица торопливо распахнула дверь туалета и выглянула в коридор. Увидев там своего брата, она зашипела, как масло на сковородке:
— Быстро, поворачивайся! Где мешок?
Кирилл вытащил из-за пазухи плотно скатанный матерчатый мешок и вбежал за сестрой в дамскую комнату. Вдвоем они торопливо натянули мешок на Калерию Ивановну, и Кирилл хотел было поднять этот весьма солидный груз, когда за дверью послышались осторожные, крадущиеся шаги.
Алена прижала палец к губам и скользнула к стене.
Кирилл остался на месте, растерянно глядя на дверь.
Дверь медленно приоткрылась, в образовавшуюся щель заглянул Георгий Нахапетович и негромко позвал:
— Каля! Калечка, розанчик мой, ты здесь?
И тут он увидел Кирилла и лежащий возле его ног вместительный мешок.
Лицо тети Калиного поклонника преобразилось: вместо фальшиво-ласковой и искательной улыбки на нем появилось выражение вполне натуральной злости: на его пути кто-то посмел встать! Да не просто кто-то, а мерзкий мальчишка, пасынок Сомова!
Несмотря на дурацкий парик, Жетон тотчас узнал Кирилла и пришел в ярость. Ну не могут успокоиться мерзкие детки, уж очень денег хотят!
Георгий Нахапетович влетел в дамский туалет, как курьерский поезд влетает в туннель, готовый смести все на своем пути. Кирилл приготовился к обороне, но силы явно были неравны.
И вдруг за спиной у разъяренного мафиози раздался нежный девичий голосок:
— Ау-у! Я здесь!
Георгий Нахапетович развернулся всем корпусом и увидел прижавшуюся к стене хрупкую рыжеволосую девушку с голубым флакончиком в руке.
Прежде чем он успел что-нибудь понять и тем более сделать, струя жидкости из флакона брызнула ему в лицо. Пламенный мафиози закашлялся, потянулся рукой к лицу.., и тут же грохнулся на пол, как подрубленный под корень дуб.
— Быстро, быстро! — зашептала Алена брату. Пока еще кто-нибудь не притащился!
— А с этим что делать? — Кирилл растерянно указал на бесчувственное мужское тело.
— Ничего, — отрезала Алена, — сам очухается минут через пятнадцать! Мы к этому времени будем уже далеко!
Она помогла брату поднять мешок с обездвиженной тетей Калей. Кирилл крякнул и вышел в коридор.
Однако не успели они пройти и нескольких шагов, когда за углом раздались шаги и голоса:
— Но у нас только что была санитарная инспекция, и они остались всем довольны, — говорил озабоченный мужской голос.
— Они уже довольны, а я еще не довольна! возражал самоуверенный и хамоватый женский.
— Но Петр Степанович обещал, что нас больше не будут беспокоить… продолжал канючить мужчина.
— Кто такой Петр Степанович? — оборвала его женщина. — Где ваш Петр Степанович? Перевели вашего Петра Степановича за нескромность в непродовольственный отдел…
Шаги и голоса приближались.
— Прячемся! — прошипела Алена, указывая на маленькую дверку в стене коридора. Она распахнула эту дверку и увидела крошечную кладовку, в которую едва могли поместиться два человека.
Алена скользнула внутрь, Кирилл протиснулся следом и растерянно уставился на мешок с тетей Калей.
— Оставь его там! — прошептала Алена. — Никто не обратит внимания! У них свои проблемы!
Кирилл захлопнул за собой дверь кладовки и замер.
Голоса приблизились и раздавались теперь прямо за дверью:
— Не может такого быть, чтобы Петра Степановича перевели! У него такие связи, такие связи…, — Не помогли ему связи! — злорадно ответила женщина. — Перевели, перевели вашего Петра Степановича!
— Но я с ним только вчера разговаривал…
— Так то было вчера, а мы с вами говорим сегодня…
Еще несколько минут прошли в таких же бессмысленных пререканиях, причем собеседники почему-то стояли прямо перед дверью чулана, где прятались Кирилл и Алена.
Наконец в разговоре наметился какой-то прогресс, и голоса медленно удалились.
Как только в коридоре наступила