Рунный след

на пояс меч и спрятала под рубашкой еще один нож. Аля же никак не могла приспособить кинжал. Железная отделка ножен неприятно холодила кожу и заставляла живот поджиматься. Сима бесцеремонно дернула подругу к себе и, сдвинув нож на бок, укрепила его ремнем.
Мальчишки тоже вооружились. Аля почувствовала себя как-то неуютно — она одна оказалась без меча. Но потом представила такую махину на поясе и решила, что как раз это и вывело бы ее из числа бойцов куда эффективнее любого нападающего. А если бы она еще и попыталась вытянуть клинок из ножен, то не позавидовала бы и другу, случайно оказавшемуся рядом. Нарисованная воображением картина девочку рассмешила и вернула бодрое настроение.
— А что, верхом нельзя? — Алешка недоверчиво осмотрел карету.
Бэр Антан мотнул головой:
— Было бы можно, карету бы не тащили. Садитесь. И шторы не открывайте.
Алька с досадой тряхнула волосами: нет уж, ни о чем плохом она думать не желала! Ну не шли ей в голову плохие мысли с того самого вечера у колодца.
Ехать в карете оказалось намного неудобнее, чем представлялось по фильмам. Трясло немилосердно, и Аля уцепилась за край сиденья. Нет уж, экзотика экзотикой, но она бы предпочла автомобиль.
— Кто-нибудь помнит, до Озерного замка далеко? Уй-е! — карету подбросило, и Алька ударилась локтем о дверцу. — Американские горки!
Но вскоре дорога пошла ровнее, наверное, выехали на центральные улицы. Сима, сидевшая с краю, все-таки отогнула немного край шторы. Но разглядела только бок жеребца и колено всадника. Ратники держались очень близко к карете.
Было душно, укачивало, и Аля страстно желала пересесть в седло. Единственное, что примиряло ее с эти видом транспорта, так это теснота — девочку уже несколько раз бросало в сторону Алешки, сидевшего рядом. Благо, меч у соседа был с другой стороны, а то совсем бы никакого удовольствия!
Выехали из города, и скорость прибавили. Сима нахально отодвинула шторку, но за окном тянулась степь, и только на горизонте виднелся лесок. Аля уже приспособилась к карете, и путешествие становилось скучным. «Буду наглеть», — решила девочка, пристраиваясь у Алешки на плече, и закрывая глаза. Влад громко хмыкнул, когда мальчик тоже приобнял ее. Аля, не открывая глаз, показала язык и тут же поплатилась — карету подбросило, и она больно его прикусила.
Алешка сам не знал, откуда что взялось. Но с того дня, как Алька пропала в замке, он перестал бояться ее насмешек. Пусть язвит сколько угодно — лишь бы больше не терялась. Да и сама девочка притихла, словно почувствовала, что уколы не достигают цели. Вместо этого Алешку начали терзать воспоминания об эксперименте: «Я не люблю его за то, что он, вот таким своим поведением, заставляет думать о себе хуже». Алькин голос преследовал его по вечерам, когда все засыпали. Алешка ворочался, перекладывал подушку холодной стороной кверху и никак не проваливался в сон. Пока, наконец, не решил, что в чем-то Аля права — но только в чем-то! А в остальном — фиг он будет через себя шагать. Как ни странно, но это решение добавило спокойствия и какой-то беззаботности: я сделал, что мог, и пусть все идет дальше, как идет. Да и — что греха таить! — туманные рассказы Влада с многозначительными намеками на Тилсу тоже придавали дополнительную смелость. А уж когда Алины волосы защекотали ему подбородок, так и вовсе словно крылья выросли. И в ответ на хмыканье Влада Алешка только усмехнулся.
Карета ехала через лес, и ее трясло, как припадочную: этой дорогой явно не часто пользовались, Влад не преминул проворчать:
— Уж для любимой жены мог бы князь постараться, чай, не верхом она тут скакала.
Алешка только сейчас вспомнил, что в Озерном замке должна быть и княгиня Мелиса.
— Да уж, представляю, как охота Рику с мачехой под одной крышей торчать, — Аля села и демонстративно зевнула. — Мы когда-нибудь сегодня приедем?!
— Приедем. Вон замок, — сказала Сима.
Сидевший рядом с ней Влад вытянул шею. Алешка же мельком увидел купол башни — и все. Он сидел посредине между Алей и Славкой, и замок был виден именно в Славкино окошко. Он потеснил друга, пошире раздвигая занавески. Всадники чуть отдалились от кареты, открывая небольшой обзор. Над плечом вздохнула Аля — ее оконце выходило на другую сторону, и там мелькали деревья.
Замок Алешку не удивил. После странной архитектуры во владениях Горного барона да огромного родового гнезда Отинов смотреть было не на что. Не очень высокая зубчатая стена с двумя угловыми башнями — может, их и больше, но отсюда не видно — за стеной возвышался донжон. Купол, покрытый черепицей, казался багрово-красным в лучах заходящего солнца.
Просека выбегала из леса и огибала холм, на котором стоял замок.