Тысячи лет они правят нашим миром… Недаром в земном фольклоре существует столько легенд и мифов о полуящерах-полулюдях! В далеком прошлом на Земле высадились первые из них. С тех пор нелюди не только расплодились, но и заняли все ключевые посты, как в коммерческих, так и в государственных структурах.
Авторы: Головачев Василий Васильевич, Казаков Дмитрий Львович, Бачило Александр Геннадьевич, Шторм Вячеслав, Бондарев Олег Игоревич, Фарб Антон, Шушпанов Аркадий Николаевич, Первушин Антон Иванович, Олег Силин, Евтушенко Алексей Анатольевич, Золотько Александр Карлович, Вереснев Игорь, Сидоренко Игорь Алексеевич, Веров Ярослав, Южная Юстина, Калиниченко Николай Валерьевич, Жигарев Сергей, Белоглазов Артем Ирекович Чебуратор, Зарубина Дарья Николаевна, Гумеров Альберт, Хорсун Максим Дмитриевич, Ситников Константин Иванович, Дробкова Марина, Иванова Татьяна Всеволодовна, Кудлач Ярослав, Ложкин Александр, Перфилова Наталья Анатольевна, Гинзбург Мария Юрьевна, Чекмаев Сергей Владимирович
торгаш, — предположил отец, встав с кресла. — Ну да ладно, скоро Рождество, и нам надо быть терпимей…
Он прошел к двери. Я, подумав, решил отправиться следом. Поставив бутылку на журнальный столик, я бросил последний взгляд на экран и пошел в прихожую.
Отец угадал: это действительно был коммивояжер, и он, похоже, умирал от холода. По крайней мере его зубы стучали в ритме драм-энд-баса, а колени тряслись, будто он фанател от твиста. Интересно, о чем он думал, когда в двадцатиградусный мороз выперся на улицу в синем клетчатом пиджаке, легких бежевых туфлях и дурацкой шляпе с полями?
— Вам кого? — угрюмо поинтересовался отец.
— Наверное, вас, — отозвался коммивояжер. — Вы ведь живете в этом доме?
— Да.
— Мистер…
— Буга.
— Рад знакомству, мистер Буга. Меня зовут Филипп Райс, — сказал торгаш, протягивая отцу руку.
— Через порог здороваться — плохая примета, — заметил мой папа.
— Это значит, я могу войти?
Папа вопросительно посмотрел на меня; я пожал плечами и сказал:
— Ты сам говорил, что надо быть милосердней.
— И правда. Что ж, входите.
Отец отступил в сторону, позволяя коммивояжеру зайти самому и затянуть внутрь огромный чемодан с кучей темных пятен на боках. Похоже, раньше там были наклейки, которые позже упорхнули в неизвестном направлении вместе с декабрьским ветром.
— Спасибо вам, джентльмены, — сказал торгаш с достоинством. — Если бы не вы, я бы там просто окоченел.
— Что выгнало вас на улицу в такой холод? — спросил я.
— Нужда, сэр, — ответил он. — После того как два месяца назад закрыли табачную фабрику «Карпа-фат», куча народа оказалась на улице, и в том числе я, отец двоих детей и верный муж. Как вы знаете, сейчас в стране кризис, так что найти работу в принципе тяжело, что уж говорить о хорошей. Только за этот месяц я поменял пять мест, это — шестое.
— Что ж, судя по всему, вы человек достойный, хоть и с нелегкой судьбой. Может, по пиву? — предложил отец. — Там сейчас как раз повтор Суперкубка, будет, что обсудить.
— Вы очень добры, сэр, — сказал продавец, — однако я вынужден отказаться. Мне ведь надо продавать то, чем набит мой громадный чемодан, иначе я так ничего и не получу.
— Что же вы продаете? — спросил я.
— Одну ученую разработку.
— И для чего она, эта разработка? — поинтересовался отец.
— Ну, раз уж вам так любопытно, мы можем пройти в комнату, и я вам все покажу.
— Давайте так и поступим, — кивнул папа. — Нам ведь любопытно, Марти?
Я кивнул.
— Тогда вперед. Помоги джентльмену с его чемоданом.
Продавец с отцом скрылись в комнате, а я взял в руки огромный багаж и, пыхтя, потащил его в комнату. Природа не наделила меня силой, а сам я был слишком ленив и потому предпочитал тренажерному залу компьютер.
— Ставь на стол, — сказал отец.
Он взял банки в охапку и отступил с ними в сторону. Я рывком закинул чемодан на стол. На миг мне показалось, что ножки не выдержат и подломятся, однако все обошлось.
— Итак, — сказал продавец, когда мы расселись по местам. — Сейчас я открою чемодан и продемонстрирую вам одно чудесное устройство под названием «Ретранслятор Мысленных Образов», или сокращенно «РеМО».
— Интересно, а этот «Ремо» часто надо будет носить в ремонт? — спросил отец, толкнув меня локтем в бок.
— Признаться, не знаю, сэр, — сказал Райс с улыбкой. — Сам я им не пользуюсь.
— Изумительная честность. Что же, он так плох?
— Нет, дело не в этом. Дело в том, что он мне просто не нужен.
— Вот как? Но если он не нужен вам, кому тогда нужен?
— Не знаю, — честно ответил коммивояжер. — Может быть, вам и вашему сыну?
— Что ж, может, и так. — Отец подмигнул мне. — Правда, Марти?
— Не знаю. А что это вообще такое — ретранслятор мысле…
— Мыслеобразов, — докончил Филипп. — Собственно, это образы, которые возникают в вашей голове, когда вы думаете о чем-то. Ассоциативный ряд к происходящему вокруг или то, что вы сами нафантазировали.
— Ну, с этим более-менее понятно, — кивнул отец. — А для чего же нужен сам ретранслятор?
— Чтобы другие могли видеть ваши мысли. Это как… как миниатюрная киностудия, для работы которой достаточно одного человека. Вы — сам себе режиссер, сам себе оператор, сам себе актер. Все, что вы представляете, можно с помощью прибора передать на экран компьютера через вай-фай. Можно даже записать ряд мыслеобразов в файл, будто это обычное онлайн-телевидение.
— Звучит действительно интересно.
— Да, потому что это слова из рекламной брошюры, — усмехнулся Райс. — На деле же все гораздо сложнее. У вас есть компьютер или ноутбук?
Отец кивнул и покосился
