Тысячи лет они правят нашим миром… Недаром в земном фольклоре существует столько легенд и мифов о полуящерах-полулюдях! В далеком прошлом на Земле высадились первые из них. С тех пор нелюди не только расплодились, но и заняли все ключевые посты, как в коммерческих, так и в государственных структурах.
Авторы: Головачев Василий Васильевич, Казаков Дмитрий Львович, Бачило Александр Геннадьевич, Шторм Вячеслав, Бондарев Олег Игоревич, Фарб Антон, Шушпанов Аркадий Николаевич, Первушин Антон Иванович, Олег Силин, Евтушенко Алексей Анатольевич, Золотько Александр Карлович, Вереснев Игорь, Сидоренко Игорь Алексеевич, Веров Ярослав, Южная Юстина, Калиниченко Николай Валерьевич, Жигарев Сергей, Белоглазов Артем Ирекович Чебуратор, Зарубина Дарья Николаевна, Гумеров Альберт, Хорсун Максим Дмитриевич, Ситников Константин Иванович, Дробкова Марина, Иванова Татьяна Всеволодовна, Кудлач Ярослав, Ложкин Александр, Перфилова Наталья Анатольевна, Гинзбург Мария Юрьевна, Чекмаев Сергей Владимирович
умонастроение их обладателя. Сейчас они распушились, притворно негодуя на поспешность собеседника. — Вот представьте, что оказались вы перед сфинксом и не он вам, а вы ему вправе вопросы задавать. Так о чем спросили? Хотя я круг ваших чаяний прекрасно представляю. Да не отвечайте даже. Ко мне ходоков-то немало ходит, и у каждого хлопоты вроде свои, да все одинаковые. Ямщик в купцы метит — хоть гужом и кнутом, а хоть и обухом. Купец к преуспеванию стремится: торговый дом открыть, сыновьям капитал передать, да так, чтобы и у внуков дело ладилось. Кто повыше будет, тот и смотрит подальше. Градоначальник о городе и горожанах печется, губернатор о вверенной ему губернии. А кто и судьбой Отечества обеспокоен.
— И что же, вы во всем можете посодействовать? И даже государственной важности дела разрешаете? — Штольц рассчитал, что в характере Хротова действительно говорить открыто, не расходуя времени на оговорки, двусмысленности и экивоки. Если вдуматься, это был самый экономный и деловой подход. Андрей Иванович даже воочию представил, как прямыми честными фразами золотопромышленник убеждает губернатора в необходимости предоставления ему преференций и добивается своего. — И каким же способом вам это удается?
— А вы, любезный Андрей Иванович, знаете, что самое важное в карьере морского офицера? Жизнью его правят рука, струя и случай. Не скажу за первые два, а представьте себе, что у вас есть возможность для того, чтобы власть случая над собой уничтожить. Вот, к примеру, знай Наполеон стратегический план англичан на сражение при Трафальгаре… А так все на волю случая, а он иначе распорядился.
— Как же, Семен Феофанович, вы власть случая над человеком можете свергнуть?
— Разрешите, я вопросом на вопрос отвечу? А что есть случай? Да вы опять не отвечайте, это я в порядке риторического приема спросил… Случай есть разрешенная неопределенность. И если мы заранее в будущее заглянем, то сами эту неопределенность и разрешим…
— Да, да… — сказал Штольц. — Увлекательная теория. И где же вы хрустальный шар прячете? Или вы, подобно мадам Ленорман, карты предпочитаете?
Хотя усы его и ощетинились на собеседника, Хротов, вместо того чтобы выразить обиду, расхохотался во весь голос:
— У меня понадежнее инструмент. Проверенный временем. Вы про старца нашего, Федора Кузьмича, слышали? От него мне в наследство перешел.
— От Федора Кузьмича? Историй много слышал, но полагал их слухами. — Штольц постарался выразить ту степень заинтересованности, которая побудила бы Хротова продолжить доверительный рассказ и не показалась бы ему чрезмерной и оттого подозрительной.
— От него самого. — Хротов выделил «самого», особо уважительной интонацией. — Федор Кузьмич несколько лет этим способом пользовался, до самой своей смерти, и мне его передал. После ко мне важные чины приезжали: полковник Шервуд и граф какой-то, Дибич-Забалканский. Пытали меня — к счастью, словесно, — о наследии старца, архивах-бумагах. Я тогда утаился, конечно. А сейчас мне бояться некого, для больших людей дело делаю и нахожусь под их опекой. Так что, — он почти достиг максимума отпущенной ему серьезности, — извольте мне шуток не шутить и коленца не выкидывать. А доказательства? Да вы вокруг взгляните: все мною собственным трудом нажито. Трудился, конечно, как галерный раб. — Хротов щегольски крутанул ус кверху, жестом поиграл в гребца и сложил руки на выпирающем животе. — Но главное — в умении будущее видеть. Кому это по силам, тот перед остальными имеет большое преимущество. Это же как с зайцем. Чтобы сделать соус из зайца, надо зайца. Чтобы уверовать в Бога, надо Бога. А чтобы будущее по своему замыслу построить, нужно сначала его увидеть.
Штольц согласно кивнул, но купец и золотопромышленник уже тащил его дальше, к неминуемому вопросу:
— Так я о сфинксе спрашивал. Уже решили, какие вопросы ему задавать? Насквозь вас вижу — наверняка по коммерческой части.
— Я решился, — сказал Андрей Иванович.
— Это хорошо! — утвердил Хротов. — Только сейчас мы никуда не пойдем. Его прежде покормить надо.
Штольц и Романыч, потрясенный знакомством с новой, совершенно неведомой ему действительностью, сидели в избе и при свете лучины, точно два заговорщика, обсуждали план предстоящих действий.
— Никак в толк не возьму, — сказал мужик. — То, что в народце нашем пестром, из варнаков, чалдонов и кержаков составленном, есть и те, кто на любую низость способен, чтобы только над ближним своим выше стать, я знаю. А вот как этот бесовской антропофаг, если ему будущее наперед доподлинно и в точности известно, дозволяет пособникам его к своей выгоде перекраивать?
Голова Андрея Иванович была поглощена
