В пределы Солнечной системы вторгаются артефакты инопланетного происхождения. Самым мощным и загадочным стали Рога — гигантское сооружение, дрейфующее внутри орбиты Меркурия, исследовать которое до конца так и не удалось.
Авторы: Иванович Юрий, Первушина Елена Владимировна, Головачев Василий Васильевич, Князев Милослав, Казаков Дмитрий Львович, Бачило Александр Геннадьевич, Бондарев Олег Игоревич, Фарб Антон, Волков Сергей Юрьевич, Первушин Антон Иванович, Белаш Людмила и Александр, Дашков Андрей Георгиевич, Золотько Александр Карлович, Марышев Владимир Михайлович, Аренев Владимир, Калиниченко Николай Валерьевич, Минаков Игорь Валерьевич, Гаркушев Евгений Николаевич, Зарубина Дарья Николаевна, Алиев Тимур Магомедович, Байков Эдуард, Хорсун Максим Дмитриевич, Фролов Андрей Евгеньевич, Корепанов Алексей, Цюрупа Нина, Соколов Глеб Станиславович, Тищенко Геннадий Иванович
пропустили наш нехитрый обоз вперед, а сами остались в арьергарде. Воины Герада окружили нас стальной стеной. Что ни говори, он командир толковый. Парни у него, все как на подбор, гренадерского росту. И где только набрал таких? Неужто среди малорослых племен Поречья?
Герад перехватил мой оценивающий взгляд, усмехнулся в усы.
— Где набрал, спрашиваешь? — сказал он, хотя ни о чем я его не спрашивал: по крайней мере, вслух. — В Зарайских горах, разумеется. Горцы во всех мирах самые лучшие воины… Тихо!
Он поднял руку. Мы остановились, прислушиваясь. О, сколько раз я в своей жизни слышал эти звуки! Такие мирные, когда доносятся издалека. Человеку несведущему может показаться, что в чаще леса посвистывают птицы, стучат топорами лесорубы, перекликаясь задорными голосами.
— Занять оборону! — гаркнул Герад, выхватывая из заплечных ножен кривые крайхенские клинки.
Тяжелая стрела вонзилась в сосну над его головой.
— Уходи, Урсус!
— Какого черта, Герад! — отозвался я. — Я еще солдат…
— А ну пригнись! — велел он.
Я повиновался. Клинок, вращаясь будто пропеллер, просвистел надо мною. Распрямив спину, я оглянулся. Хлынула кровь из перебитого горла — приземистый хроб опрокинулся на спину. Но за ним, будто из-под земли, возник другой. Мертвые белые глаза, казалось, со скрипом ворочались в глазницах, выискивая цель.
Н-на тебе!
Я поблагодарил судьбу за то, что ранен в левую руку. Правая, словно сама собою, выбросила вперед меч. Еще один хроб мешком рухнул на землю.
— Уводите детей! Ланес, Доран! — гаркнул Герад. — Зарайцы, стройся в лесной капкан!
Кто-то из его воинов — то ли Ланес, то ли Доран — прикрикнул на женщин, заставляя оставить у дороги тяжелых раненых. Племя словно табун сбивали к реке в надежде успеть загнать тех, кто способен ходить, на паром. Чтобы воины могли не оглядываться в бою.
Зарайцы сжались полумесяцем, медленно отступая под натиском прибывающей волны хробов.
Я оглянулся: племя уходило быстро. Вдоль дороги лежали брошенные носилки, на которых из последних сил копошились раненые. Доставали ножи и бесполезные им мечи.
Н-на!
Еще один хроб повалился вперед, насаживаясь на мой меч серым брюхом. Чертову громадину развернуло в воздухе, так что меч вырвало из моей руки, а тяжелая туша хроба начала заваливаться прямо на меня. Я попытался увернуться, но в глазах потемнело от боли в раненой руке.
Почти ослепший от боли, я упал. И тут почувствовал, как рукоять меча — чьего-то чужого, непривычного меча — ткнулась мне в ладонь, и охрипший от жары и лихорадки голос шепнул:
— Дай им хорошую трепку, старший брат!
Я поднялся. Ну конечно же, рядом был Батхал. С головы до ног — в крови. В голубой крови хробов. Глаза веселые — младший брат любил битву. Из него вырастет великий воин, если выживет в этой схватке. Я знаю, серьёзные дядьки в строгих кабинетах давно обсуждают предложение нанимать в нашу службу инопланетчиков. А что? Три месяца ускоренного обучения в тренировочном центре, гипнопедическое усвоение элементарных знаний об устройстве Вселенной, идеологическая накачка, воспевающая благородную миссию Союза Землян в Галактике — и из такого вот дикаря получится профессионал не хуже меня или Ге-рада. Хорошее предложение. Правильное. Мое…
Н-на! И тебе! А ты куда?! Получай…
Хробов оказалось не так много. Нам удалось уничтожить их до того, как серопузые добрались до носилок с ранеными. Видимо, не так много хробов прорвалось сквозь заслон, поставленный Герадом. Мы не стали пересчитывать трупы врагов. Бессмысленное это занятие. Хробы не люди. Они не рождаются от отца и матери. Я однажды видел, КАК они рождаются! Боюсь, это кошмарное видение будет сопровождать меня до конца моих дней.
Даже странно, как незаметно пролетело время. Я здесь уже слишком долго. Боюсь, по возвращении не миновать зеленого кабинета. Иногда, чтобы отвлечься от боли, представляю, какими добрыми глазами станут смотреть на меня наши мозгоправы, когда я буду рассказывать, что здесь было.
Видимо, бой дался мне тяжелее, чем всегда, потому как дорогу до реки я помню смутно. Кажется, сперва еще были вокруг люди, а потом только сосны. Зеленая накипь крон, красная стена стволов. Уже на пароме пришел в себя. На носилках, бок о бок с теми, кто сумел пережить атаку хробов. Тот, что лежал со мной рядом, придавил мою здоровую руку, и, сколько я не пытался выбраться, только барахтался как жук. И, наконец, услышал смех Герада. Что-то с этом смехе было непривычным, чужим, странным. Но в тот момент меня больше занимали попытки подняться.
В конце концов мне удалось высвободиться. Кто-то протянул руку и помог мне встать. Прежде всего,
