В пределы Солнечной системы вторгаются артефакты инопланетного происхождения. Самым мощным и загадочным стали Рога — гигантское сооружение, дрейфующее внутри орбиты Меркурия, исследовать которое до конца так и не удалось.
Авторы: Иванович Юрий, Первушина Елена Владимировна, Головачев Василий Васильевич, Князев Милослав, Казаков Дмитрий Львович, Бачило Александр Геннадьевич, Бондарев Олег Игоревич, Фарб Антон, Волков Сергей Юрьевич, Первушин Антон Иванович, Белаш Людмила и Александр, Дашков Андрей Георгиевич, Золотько Александр Карлович, Марышев Владимир Михайлович, Аренев Владимир, Калиниченко Николай Валерьевич, Минаков Игорь Валерьевич, Гаркушев Евгений Николаевич, Зарубина Дарья Николаевна, Алиев Тимур Магомедович, Байков Эдуард, Хорсун Максим Дмитриевич, Фролов Андрей Евгеньевич, Корепанов Алексей, Цюрупа Нина, Соколов Глеб Станиславович, Тищенко Геннадий Иванович
Ну, оживили они меня. Лысюк, говорят, восстаньте из криованны, спасайте, говорят, страну. Секретаришко там один у них — так и вертится, в глаза заглядывает.
Я им:
— А кто сейчас у власти?
Даже подумал на минутку: вдруг наши?! И что, что полпроцента брали на выборах? Зато свои, честные, без этого вот!.. А за полвека, пока я леденел душой и телом, многое могло переиграться.
Ну, оно и переигралось. Я услышал — хотел обратно в ванну лечь. Фиг: лёд растопили, воду выпустили — Живи, Лысюк, наслаждайся. Спасай страну.
— А у власти —?..
— А у власти, — объясняет секретарик, — президент. Гарант, хранитель, столп.
— А в оппозиции?
— А вот как раз мы вас для этого и потревожили. Будете лидером? Возглавите?
— Своих, — спрашиваю, — нет? Местных… в смысле, современных.
Секретарик глазки отвёл:
— Не справляются, — говорит, — свои. Вы, — говорит, — многое проспали, Платон Эдуардыч.
— Инопланетяне прилетели в братских объятьях душить? Нефть закончилась? Интернет отключили?
Смотрю в окно — в окне осень. Дождь, грязь, листья облетают. Катастрофой не пахнет.
— Обошлось без инопланетян, — говорит секретарик. — Японцы создали машину. Точней, сначала закономерность вычислили, по которым функционирует отсталое государство, а потом уже принялись за машину: чтобы моделировала наиболее оптимальные решения для такого государства. Опробовали на своём отсталом округе. Прописали машину в качестве «консультанта»… и через год уволили к японским чертям губернатора, или кто там у них был. Лет через десять начали предлагать на экспорт, делали под заказ: не конвеерное производство, штучная калибровка. Наши подсчитали прибыли и закупили. Результат превзошёл. Хотя не без потерь: пару раз едва не свинтили корпус, на драгметаллы. В итоге от машин отказались и вернулись к обычной форме.
— А на самом деле?
— К обычной форме, — повторил секретарик. — Форме, понимаете? Две ноги, две руки, два уха, голова одна. — Он зачем-то постучал себя по лбу.
Тут меня как обухом.
— Столп? — шепчу. — Гарант-хранитель?
Он кивает.
— Взбунтовался? Ввёл машинную тиранию, японский передовой?!
— Да нет, зачем? Отлично и мудро управляет на законных основаниях. Ровно до выборов.
— Погоди, — соображаю, — ты из этих… которые в Средние века машины громили? Из луддитов?
Он даже обиделся:
— Да что вы понимаете!.. Да он!.. Да я!..
— А тогда зачем оппозиция?
Оказалось: для балансу и чтоб карась не дремал. Он — столп и хранитель — вообще без оппозиции не функционирует. Тонкие настройки, глобальные закономерности.
— А раньше кто выполнял, — спрашиваю, — эту почётную роль?
— Пять лет назад он и выполнял.
— А правил?..
— Нынешний глава оппозиции. В этом, — чуть не плачет секретарик, — и просчёт. Или коварная восточная хитрость, не знаю. В общем, когда доходит дело до выборов, ныне действующий честно на них идёт — и честно проигрывает. Потому что противник его, сука, всегда пользуется большей любовью у народа. Как сторона страдательная. Вот такие качели: то один, то другой.
— Ну так чем плохо?
— А у них, — говорит, — программы разные. В смысле: по развитию страны. И они их, главное, выполнять начинают.
— А я?..
— А ты вернёшь стране долгосрочную стабильность. — И, гадёныш, улыбается.
Я почти согласился. Потом осенило.
— Но нынешний-то, — говорю, — заметит подмену. Он робот, но не дурак. Мозгами-то шевелить…
А секретарик качает головой:
— Никаких мозгов, сплошные алгоритмы, простейшие. Этикет, речи, принятие решений на основе анализа входящих данных. Плюс штат таких же, но рангом поменьше, в областях.
Тут я совсем растерялся.
— А как же оно всё?.. И никто не замечает? И — работает?
Он пожал плечами и ухмыльнулся:
— А в ваше время — не работало?
Тут в нём что-то клацнуло, замигало под рубашкой, металлически так зазвенело. Он извинился, вытащил из внутреннего кармана удлинитель и воткнул в розетку.
И мы ударили по рукам.
А теперь вопрос к собравшимся: кому ещё неясно, почему мосты, телеграф и телефон — в последнюю очередь; почему сперва — электростанции?!
ЛИЧНЫЕ ЖЕЛАНИЯ
Поворот, отскок, обманное движение. Гризли, недовольный прыгучестью жертвы, взревел. Ну и голосина! Дюймовые когти метнулись вперед. Я ловко увернулась и резко
