В пределы Солнечной системы вторгаются артефакты инопланетного происхождения. Самым мощным и загадочным стали Рога — гигантское сооружение, дрейфующее внутри орбиты Меркурия, исследовать которое до конца так и не удалось.
Авторы: Иванович Юрий, Первушина Елена Владимировна, Головачев Василий Васильевич, Князев Милослав, Казаков Дмитрий Львович, Бачило Александр Геннадьевич, Бондарев Олег Игоревич, Фарб Антон, Волков Сергей Юрьевич, Первушин Антон Иванович, Белаш Людмила и Александр, Дашков Андрей Георгиевич, Золотько Александр Карлович, Марышев Владимир Михайлович, Аренев Владимир, Калиниченко Николай Валерьевич, Минаков Игорь Валерьевич, Гаркушев Евгений Николаевич, Зарубина Дарья Николаевна, Алиев Тимур Магомедович, Байков Эдуард, Хорсун Максим Дмитриевич, Фролов Андрей Евгеньевич, Корепанов Алексей, Цюрупа Нина, Соколов Глеб Станиславович, Тищенко Геннадий Иванович
подергивающееся лицо этого существа, и в мою душу прокрадывалась жалость. В пустой глазнице дикаря копошились черви, ноги его были искалечены, бока худы, а плечи и шея покрыты омертвевшей, похожей на древесную кору, кожей.
— Он — мутант, — сообщил сэр Ламберт. — В слагаемые его сущности были внесены изменения. Он нечист.
— Скверна, — просипел сквозь зубы сэр Роланд.
— Пощадим же, братья, — высказался мой мягкосердечный наставник. — Его жизнь — это карта боли и страданий.
— Хорошо, — согласился сэр Роланд. — Пусть Господь решит его судьбу. Если перед нами праведник, произойдет чудо, и луч энергии не причинит вреда.
И сэр Роланд высвободил дарованное ему Карающее Пламя.
Калека завизжал, забился в корчах, а потом пополз от паладинов, волоча по земле дымящиеся кишки. Я не смог удержать вздох удивления: мне не приходилось видеть, чтобы существо, получившее столь ужасные раны, способно было передвигаться с такой прытью.
А дальше…
Дальше произошло то, что до сих пор приходит ко мне, стоит только закрыть глаза.
Калека встал на изуродованные ноги, и на нем не оказалось ни царапины. Не считая старых увечий и шрамов.
И упали мы на колени пред святым праведником, взмолились о прощении, поползли к нему, чтобы припасть губами к огрубевшим культям. Ибо Господь услышал слова сэра Роланда и сотворил чудо из чудес. Оживил невинно убиенного, как воскресил Он Фому Благоверующего, которого Скверна вышвырнула в ледяную пустоту космоса без силового доспеха.
В знак раскаяния сэр Роланд поклялся, что поднимется на рукотворную гору и останется на ее вершине до тех пор, пока Господь не простит его. Сэр Эрик сказал, что пойдет с сэром Роландом и будет молиться вместе с ним.
Сэр Рутгер, сэр Ламберт и я в ответ принесли клятву ждать возвращения братьев, распространяя слово Господне среди дикарей.
Так мы расстались. Вскоре усоп отец Аврелий — настоятель корабля-храма. Сэр Рутгер сказал, что ему больше нечему учить своего оруженосца и на правах нового главы братства перфекционистов посвятил меня в рыцари.
Шли годы, мы исправно несли слово Господне дикарям, подавали им пример праведности и аскетизма. Мы поняли, что местные жители не веруют в богов, что живут они в скромности, и их обществу неведом один из самых страшных грехов, названных Господом, — грех потребительства. Дикари самоотверженно трудились, возводя колоссальную башню, и со временем стало ясно, что башня — и есть их идол. Идол порыва созидания, которым преисполнены их бесхитростные души.
А затем зло, что осталось в обломках Скверны, прокралось в наши умы. Из корабля-храма мы переселились в город дикарей, во дворец, окруженный зарослями похожих на колючую проволоку растений, вызывающих у дикарей восхищение. Мы убили избранного правителя города и стали здесь царями и повелителями. Мы поддались греху, взяв себе в жены местных женщин. Мы ели хлеб разврата, запивая его вином безнаказанности. Позднее, раздор пожрал то, что осталось от нашего братства. Сэр Ламберт ушел в соседний город, там он собрал войско, завоевал все остальные города и кочевые племена пустоши. А затем обрушил мощь первой в истории серого мира империи на наш город.
Мы с сэром Рутгером стояли плечом к плечу, отражая нападение варваров. Вместе мы одолели отступника, но мой бывший наставник получил тяжелую Рану и в конце концов умер.
Я понял, что этот пыльный мир съедает меня. Я метался по узким улочкам похожего на соты города, словно зверь в клетке, убивая и калеча ни в чем не повинных дикарей. Нужно было покинуть планету, и как можно скорее. Там, среди звезд, я бы вернулся на путь Чистоты и снова обрел себя. Но я был все еще связан клятвой, данной братьям — сэру Роланду и сэру Эрику, которые жили в отшельничестве на вершине рукотворной горы.
Почему же Господь до сих пор их не простил?
В один из дней ледяной зимы я поднялся на борт корабля-храма, оживил око увеличения и навел его на вершину идола, возводимого самоотверженными дикарями. То, что мне довелось увидеть, убило всякое желание следовать клятве. Сэр Роланд и сэр Эрик жили во грехе, куда более страшном и гнусном, чем мы, разделяющие ложе с дикарками и обагрившие руки в крови.
Тогда я усомнился: действительно ли свят юродивый, из-за которого мы остались на планете? Совершил ли чудо Господь? Или же то были козни его извечного соперника?
Первым моим порывом было найти калеку и вновь подвергнуть его испытанию Карающим Пламенем. Но, поразмыслив, я оставил этот замысел. Мне не хотелось бросать вызов сверхъестественным силам, какую бы природу они не имели.
Я поднял корабль-храм в небеса и покинул планету, отобравшую у меня треть жизни.
Затем я вернулся
