В пределы Солнечной системы вторгаются артефакты инопланетного происхождения. Самым мощным и загадочным стали Рога — гигантское сооружение, дрейфующее внутри орбиты Меркурия, исследовать которое до конца так и не удалось.
Авторы: Иванович Юрий, Первушина Елена Владимировна, Головачев Василий Васильевич, Князев Милослав, Казаков Дмитрий Львович, Бачило Александр Геннадьевич, Бондарев Олег Игоревич, Фарб Антон, Волков Сергей Юрьевич, Первушин Антон Иванович, Белаш Людмила и Александр, Дашков Андрей Георгиевич, Золотько Александр Карлович, Марышев Владимир Михайлович, Аренев Владимир, Калиниченко Николай Валерьевич, Минаков Игорь Валерьевич, Гаркушев Евгений Николаевич, Зарубина Дарья Николаевна, Алиев Тимур Магомедович, Байков Эдуард, Хорсун Максим Дмитриевич, Фролов Андрей Евгеньевич, Корепанов Алексей, Цюрупа Нина, Соколов Глеб Станиславович, Тищенко Геннадий Иванович
упомянуть, что весь этот кураж достается не полиции, а девчонке-охраннице. Я привык к крысам, но она… Хотя бы знать, живая или робот. Инструкция четко предписывала: суп отдельно, мухи — отдельно. Золотая работает с клиентом, полиция не вмешивается. Но спокойно смотреть, как старая жаба унижает эту странную девушку, я не мог. Если бы точно знать, что она робот, можно было бы успокоить постоянно точившую совесть и не вмешиваться.
Золотая механическим движением осмотрела ткань брюк, на которой не осталось даже следа от упавшей сигареты, подняла брючину и принялась ощупывать ногу Гана. Тот прямо уставился в расстегнутый ворот ее рубашки.
— А ты что, Голди, и спишь с этой золотой тряпкой? — Ган повертел руками перед грудью, показывая, где обычно Золотые носили свою повязку.
— Да, это знак доблести, — бесцветным голосом отозвалась девушка.
— А если клиент попросит — снимешь? — глухо, растягивая слова, почти прошептал Ган, правой рукой начиная расстегивать пуговки не ее рубашке.
— В вашем договоре прописаны «любые услуги». Орден получит очень щедрую компенсацию за сохранность вашей жизни. В рамках договора вы вольны потребовать, и ваше требование будет выполнено без оценки необходимости данного действия для обеспечения вашей безопасности и сохранения жизни.
— У, чертова машина, — прервал ее Ган. — Так снимешь этот бесов золотой лифчик, если я скажу?
Золотая холодно кивнула и отправилась на свое место на стуле.
— Куда, Голди? — рявкнул раскрасневшийся клиент и тотчас расплылся в ухмылке. — Я собрался вздремнуть. И, пока я сплю, мне совершенно точно понадобится охрана.
Видимо, Ган был слишком хорошего мнения о собственной персоне, потому как Золотая вернулась скоро, через полчаса без малого. С безразличным видом обошла все отсеки, прислушиваясь к чему-то, потом уселась на свое место и снова взялась за иглу.
— Можно? — спросил я тихо, указывая глазами на ее работу. Голди молча подала мне сумку, усеянную разномастными пуговицами. Они не образовывали ни силуэта, ни орнамента. Эта была пестрая мешанина, будто смотришь сверху на людей, в час пик стремящихся попасть в вагон метро.
— Долго? — спросил я. Странное желание заговорить с ней боролось со столь же сильным желанием говорить как можно меньше.
— Долго, — отозвалась она.
Мы помолчали. Она методично поводила иглой.
— Почему ты все это терпишь, Голди? — спросил я наконец, надеясь, что успею отреагировать, если она Ударит.
— Розин, — ответила она, не поднимая головы.
— Что?
— Не Голди, Розин. Тцк меня назвали при рождении. Голди называют всех Золотых.
Ее голос был другим. Не таким, которым она выдавала Гану информацию про договор. Это был не голос охранника-андроида. Слегка хрипловатый, немного резкий, но очень человеческий голос.
— Почему ты терпишь все это, Розин? — переспросил я, не надеясь на ответ. Но она ответила:
— Потому что это моя работа. И моя жизнь. Мы не спрашиваем нож, хочет ли он вскрывать банку консервов или глотку чужака, желает ли он вырезать на скамье имя твоей женщины. Мы просто направляем его — и он одинаково входит в железо, плоть и дерево. Орден — это мой дом и моя семья. Они научили меня всему, что я знаю. И мое послушание и хорошее выполнение заданий — смешная плата за все, что дали мне Золотые. И пока я выполняю договор, я — часть Ордена. Я не причиню вреда клиенту.
— А когда срок договора истечет?
— Он не истекает, — спокойно отозвалась она. — Орден всегда заботится о том, чтобы в пункте прибытия ждал новый договор. А разве в полиции не так?
— Нет, — я не удивился. Кое-что знал о Золотых по долгу службы.
— Тогда почему вы не убиваете тех, кто с вами плохо обращается? — доверчиво хлопая глазами, спросила она.
— Потому что… — Я не нашелся, что ответить. Золотая ждала, внимательно, чуть наклонив голову набок.
— Ну… потому что нельзя.
— А если бы было можно? — Спокойная логичность ее вопроса заставила меня опешить. Ее действительно интересовал мой ответ. Чуть выпуклые глаза девушки внимательно смотрели на меня. Под этим взглядом я почувствовал себя неуютно.
Ответить не успел. Взгляд Золотой стал невидящим, она замерла, прислушиваясь. Я невольно прислушался вслед за ней, но ничего не услышал. Скорее почувствовал. В глубине челнока что-то едва заметно вибрировало, подстукивало, и от этого становилось тревожно.
— Вы сообщите Земле о неполадках? Или я? — наконец четким механическим шепотом проговорила Золотая.
— Это челнок, — в тон ей прошептал я. — Самый медленный, но самый безопасный транспорт во всей галактике. И самый автоматизированный. Постучит, сам себя
