В пределы Солнечной системы вторгаются артефакты инопланетного происхождения. Самым мощным и загадочным стали Рога — гигантское сооружение, дрейфующее внутри орбиты Меркурия, исследовать которое до конца так и не удалось.
Авторы: Иванович Юрий, Первушина Елена Владимировна, Головачев Василий Васильевич, Князев Милослав, Казаков Дмитрий Львович, Бачило Александр Геннадьевич, Бондарев Олег Игоревич, Фарб Антон, Волков Сергей Юрьевич, Первушин Антон Иванович, Белаш Людмила и Александр, Дашков Андрей Георгиевич, Золотько Александр Карлович, Марышев Владимир Михайлович, Аренев Владимир, Калиниченко Николай Валерьевич, Минаков Игорь Валерьевич, Гаркушев Евгений Николаевич, Зарубина Дарья Николаевна, Алиев Тимур Магомедович, Байков Эдуард, Хорсун Максим Дмитриевич, Фролов Андрей Евгеньевич, Корепанов Алексей, Цюрупа Нина, Соколов Глеб Станиславович, Тищенко Геннадий Иванович
подлатает, и долетим.
— Может, и так, — сказала девушка, глядя на меня пристально. — Побьемся — расстроиться не успеем, а на Землю сообщите — премию срежут.
Она нехорошо, по-свойски улыбнулась. И я пошел к пульту — докладывать о неполадке. Покорно скопировал данные в почтовую программу, даже не пытаясь вдумываться, могу ли что-нибудь сделать. Я не техник, а охранник ценного федерального свидетеля. Вот если бы нас захватили пираты — это было бы моей проблемой. А так…
Но едва я нажал «отправить данные» — челнок так тряхнуло, что в салоне зазвенели бокалы в баре.
Через пару минут из каюты появился заспанный Ган, злой и помятый.
— Голди, — проревел он, — тварь тупая! Какого хрена тут творится? Я чуть башку не проломил о стенку. Голди, твою!..
— Мистер Ган, — холодно сказал я. — Будьте добры сдерживать свой характер. Насколько мне известно, девушка, что нанята для вашей охраны, — один из лучших бойцов в Ордене Золотых.
— Бабья шарашка… — вполголоса буркнул Ган, все еще петушась. Только перед ним стоял офицер полиции, а не девочка, связанная по рукам дурацким договором, и потому он с каждым мгновением становился все спокойнее.
— Она боец, который обошелся правительству в очень значительную сумму…
— И вы, дружище, уверены, что я не стою таких затрат? — развязно спросил Ган, перебивая. — Так вот — открою вам глаза… сэр. Я стою каждого цента. Потому что я единственный могу дать информацию по делу номер… — он выдержал театральную паузу… — четырнадцать-восемь-а-девяносто пять.
Победоносно ухмыляясь, Ган потянулся за коробкой сигар. И я понял, на чем основано его самодовольство. Эта толстая, гадкая крыса могла помочь перекрыть самый широкий оружейный трафик в нашем секторе галактики. Спасти тысячи жизней наших солдат. Я видел, как умирают ребята из моего отряда. Они снились мне по ночам. И живые, и мертвые. И если для того, чтобы дать шанс еще живым, нужно было защитить дряблую задницу мистера Гана — я согласен встать на ее защиту.
Видимо, он прочитал все по моему лицу, потому как ухмыльнулся еще гаже, достал из ящика гильотинку для сигар, плюхнулся на диван и похлопал ладонью рядом с собой: садись, друг, закуривай.
— А вы не думали, что может случиться, если вы окажетесь рядом, когда у нее закончится договор?
Ган отложил сигару, задумчиво почесал переносицу. Но тут же рассмеялся собственному страху:
— Не парься, дружище, — небрежно ответил он. — В том-то и фишка, что договоры у Золотых не заканчиваются. Эти тупые девки — не люди, а оружие. Такое оружие, которое нельзя оставлять без присмотра. Мои прежние друзья иногда нанимали Золотых. И поверь мне, Дэни, все было в полном ажуре, что бы они ни делали, а мои старые приятели — мужики с фантазией. В общем, при любом раскладе, если после задания девка жива и способна передвигаться без посторонней помощи — за пару часов до окончания договора появляется юркий мужичок в черной паре и проносит новый договор. И нас с тобой будет ждать на космодроме такой сурьезный дядька.
Ган усмехнулся, показал для убедительности желтый от табака большой палец.
— Все в порядке, офицер Дэни. Все в полном порядке.
Словно в ответ его словам челнок Снова тряхнуло, еще и еще раз. Моргнул свет. Ган испуганно всхрюкнул.
— Вот черт, — пробормотал он и снова взялся за коробку с сигарами.
— Извините, — быстро и твердо проговорила стоящая в дверях Розин, — я должна проверить каждую.
Она вынула из пальцев Гана сигару и принялась обнюхивать и ощупывать ее.
— Ты что, вообще дура? — взревел он. — Это же чертова сигара. Ее сто раз проверили и перепроверили, пока на борт доставили.
Золотая продолжала возиться, бормоча про «работу» и откладывая в сторону подозрительные на ее взгляд сигары.
— Да, чтоб тебя… — огрызнулся Ган, схватил ту, что лежала поближе, зло откусил кончик, сплюнул, чиркнул зажигалкой, закуривая. И тотчас, чертыхаясь, едва не рухнул с дивана. Золотая молниеносным движением выдернула сигару у него изо рта и бросила в угол каюты. Грохнуло. Настенные декоративные панели разнесло в щепки. Я бросился к Гану, но Золотая успела раньше. Розин ловко перепрыгнула через столик и закрыла собой клиента. Осколки и щепа дождем посыпались вокруг нее, из множества ранок засочилась кровь.
Я почувствовал, как один из осколков глубоко вошел в мое плечо. Зажал ладонью царапину, направился к месту взрыва: оценить степень опасности, которой мы, слава богу и тем, кто учил нашу Розин, только что избежали. Ган охал и похныкивал в углу каюты, беспрерывно икая и бормоча: «Мать твою… Мать твою…» Голди легко, без усилия ударила его по щеке, но голова клиента мотнулась так, словно он был тряпичной
