В пределы Солнечной системы вторгаются артефакты инопланетного происхождения. Самым мощным и загадочным стали Рога — гигантское сооружение, дрейфующее внутри орбиты Меркурия, исследовать которое до конца так и не удалось.
Авторы: Иванович Юрий, Первушина Елена Владимировна, Головачев Василий Васильевич, Князев Милослав, Казаков Дмитрий Львович, Бачило Александр Геннадьевич, Бондарев Олег Игоревич, Фарб Антон, Волков Сергей Юрьевич, Первушин Антон Иванович, Белаш Людмила и Александр, Дашков Андрей Георгиевич, Золотько Александр Карлович, Марышев Владимир Михайлович, Аренев Владимир, Калиниченко Николай Валерьевич, Минаков Игорь Валерьевич, Гаркушев Евгений Николаевич, Зарубина Дарья Николаевна, Алиев Тимур Магомедович, Байков Эдуард, Хорсун Максим Дмитриевич, Фролов Андрей Евгеньевич, Корепанов Алексей, Цюрупа Нина, Соколов Глеб Станиславович, Тищенко Геннадий Иванович
не правомерно, это — «проза поэта»!
Вознесенский — поэт! То, что он лауреат советской Госпремии, почётный (иностранный) член десятка академий, как-то: Американской Академии искусств, Баварской Академии искусств, Гонкуровской академии, Французской Академии имени Малларме и прочих — это только внешние проявления. А вот то, что на стихи Вознесенского написано множество популярных песен (только «Миллион алых роз» чего стоит) — вот это кое-что значит…
Евгений Александрович Евтушенко, недавно встретивший своё восьмидесятилетие, за шестьдесят с лишним лет творческой деятельности, как бы подтверждая тезисы Тодорова, написал лишь пару-другую стихов «с элементами фантастики». Вот «Прелестный» сон», увидевший свет в «Юности» летом 1988 года:
«Здесь на прилавках/ груды убеждений./ Их продают из лучших побуждений…/ Здесь продают друзей, отцов и братьев,/ Страх наказанья божьего утратив…/ А по ночам/ сгребают самосвалы,/ как выкидышей, наши идеалы…» «Сон», что ни говори, фантастический «жанр»… Но этот «сон» в руку оказался, хотя четверть века назад подобные ситуации казались только возможными…
Многое из того, что волновало поэта в те давние уже восьмидесятые, поэт сумел выразить в своей фантастической повести «Ардабиола», опубликованной всё в той же «Юности» в марте 1981 года. Начинается всё в битком набитом трамвае — кто ж в таком не думает о бессмысленности жизни?.. Но не герой повести, только что защитивший кандидатскую генетик Ардабьев. «Пытаясь стать гениальным», он скрестил ген мухи цеце с геном сибирского федюнника и получил «дитя насекомого и растения» ардабиолу, плоды которой обладают антиканцерогенными свойствами! Настоящая «научная фантастика». Да только гораздо важнее для автора просто жизнь — смерть Ардабьева-старшего, ссора с женой, пресловутый «дефицит»… Из-за джинсов (даже не «фирменных») тройка пацанов избивает учёного до потери памяти, он забывает о своём открытии… И заканчивается повесть чуть ли не «мистически»: поражённый «предательством отца», куст ардабиолы выбрасывается из окна на новую «Волгу» — тут и настаёт момент «вспомнить всё»!
Повесть родилась из совершенно реальной истории, но чтобы усилить разоблачительный посыл тогдашнего, почти всеобъемлющего «вещизма», Евтушенко прибегает к смешению реальности с фантастикой, создавая «метафорическое» произведение. А в многоплановом романе «Ягодные места» (1981), над которым он работал семь лет, писатель попытался совместить уже несколько идейно-стилевых пластов: реалистическое живописание, лирическую прозу, сатиру, фантастику. Фантастики немного, лишь в конце романа, действие в основном происходит в те самые дни в сибирской тайге. Но роман «мозаичен», пишет автор о Гагарине и других космонавтах, о Циолковском тоже пишет.
«Пролог» Евтушенко помещает в окончание романа, именно тут вся «фантастика» (восемь страниц) и сосредоточена. КЭЦ (К. Э. Циолковский) и не подозревает, что за ним наблюдают «два незримых существа»! Ы-Ы и Й-Й, два лучистых атома из Галактики Бессмертия, где давно уж решён вопрос о переходе жителей в лучевое состояние. И даже их наш КЭЦ удивляет, ведь он «уже и сейчас бессмертен…». Сам же Циолковский в тяжких раздумьях, он сильно сомневается, что изменение психики произойдёт в близком будущем, а без этого… Правильно сомневались Циолковский/Евтушенко — психика человека мало изменилась за тысячелетия…
Проза лауреата Госпремии СССР, орденоносца, почётного члена Испанской и Американской академий только подчёркивает, что он всегда (по возможности первым) стремился высказаться по самым животрепещущим вопросам современности, истории, морали, политики, литературы!
Две повести, эпизод романа, три поэмы, два десятка стихотворений за полсотни лет — фантастическую литературу три знаменитых поэта не очень обогатили. Но для собственного творчества обращение к фантастическим темам и сюжетам оказалось достаточно плодотворным и оправданным. Читателей эти произведения находили как во времена публикаций («Ардабиола», к примеру, издана в Австрии, Греции, Индии, Швеции), так и в нашем компьютерно/интернетовском веке.
