В пределы Солнечной системы вторгаются артефакты инопланетного происхождения. Самым мощным и загадочным стали Рога — гигантское сооружение, дрейфующее внутри орбиты Меркурия, исследовать которое до конца так и не удалось.
Авторы: Иванович Юрий, Первушина Елена Владимировна, Головачев Василий Васильевич, Князев Милослав, Казаков Дмитрий Львович, Бачило Александр Геннадьевич, Бондарев Олег Игоревич, Фарб Антон, Волков Сергей Юрьевич, Первушин Антон Иванович, Белаш Людмила и Александр, Дашков Андрей Георгиевич, Золотько Александр Карлович, Марышев Владимир Михайлович, Аренев Владимир, Калиниченко Николай Валерьевич, Минаков Игорь Валерьевич, Гаркушев Евгений Николаевич, Зарубина Дарья Николаевна, Алиев Тимур Магомедович, Байков Эдуард, Хорсун Максим Дмитриевич, Фролов Андрей Евгеньевич, Корепанов Алексей, Цюрупа Нина, Соколов Глеб Станиславович, Тищенко Геннадий Иванович
номеров, Бран понял: радоваться рано.
Борьба только начинается.
Ренат Стаберий блевал уже пять минут. Сначала его рвало полупереваренной едой, потом желчью. Теперь кончилась даже она, но юного кесаря «люпусов» продолжало выворачивать наизнанку.
— Ну что, долго он там еще? — потерял терпение Приск.
— Спокойно, центурион, — одернул его Кассий. — Мальчишка познакомился со смертью. Это бывает.
Ренат и двое его товарищей, изображавших эскорт телохранителей на мотоциклах, подорвались на минах в одном квартале от того места, где расстреляли лимузин Фортуната. И не на каком-то самодельном фугасе, а — как мрачно сообщил Приск, повертев в руках обугленный осколок — на фабричной мине «Клеймор» стандартного армейского образца. Родом мины были наверняка из злополучного Арсенала. Видимо, масштабы хищений оказались значительнее, чем думали.
Потом был допрос у-преторианцев. Два с половиной часа. Лампа в лицо, жесткий стул, зеркало во всю стену, нарочито выключенная камера и бесконечно тупой следователь, раз за разом повторяющий одно и то же.
Рената, Приска и Кассия допрашивали по отдельности и вместе, зачем-то брали отпечатки пальцев, фотографировали, опять допрашивали и — наконец! — отпустили.
Тут-то Стаберий и не выдержал. Прямо возле участка вигилов, где преторианцы развернули мобильный штаб операции «Варвар», кесарь «люпусов» согнулся в три погибели и сблеванул.
И все никак не мог остановиться.
— Слушай, Ренат, — спросил Кассий, чтобы хоть как-то отвлечь парня от этого увлекательного занятия. — А кем ты работаешь? Ну, в свободное от кеса-рения над «люпусами» время.
— Я… продавец… — ответил Ренат, вытирая рот ладонью. — Модной одежды… в бутике… на Виа дель Корсо…
Приск хрюкнул.
— Эк тебя в «люпусы»-то занесло, родимый? — насмешливо осведомился центурион.
Ренат гордо выпрямился:
— Я патриот Рима! И мне не все равно!
— Садись в машину, патриот, — скомандовал Кассий. — И так много времени потеряли.
Рим будто вымер. Преторианцы после убийства сенатора ввели чрезвычайное положение и комендантский час; над городом барражировали вертолеты, порыкивали, распугивая случайных прохожих, громкоговорители на фонарных столбах, и на каждом углу бдили патрули вигилов. Стрелки часов приближались к двенадцати. Операция «Варвар» была в самом разгаре. Толку от нее, конечно, не будет — боевики Тарлы, или кто там на самом деле обстрелял лимузин, уже давно скрылись, попрятались по норам и сидят себе тихонько, а муниципальная гвардия в ходе героических облав заметет сотни две безобидных дворников-фракийцев да таврийских проституток, помаринует денек-другой и отпустит, отрапортовав о масштабных оперативно-розыскных мероприятиях…
Еще и мзду соберут доблестные вигилы из иммиграционной службы с варваров-нелегалов. Это ведь проще, чем ловить настоящих террористов, да и безопаснее.
— Поехали в спортзал, — сказал трибун. — К «люпусам».
Армейский джип Приска никто остановить не посмел.
Несмотря на поздний час, в старом храме Юпитера было шумно и многолюдно. «Люпусы» готовились к большой драке. Накачанные парни с помятыми физиономиями уличных бойцов вытащили на центр зала, прямо к статуе Ромула и Рема, окованный железом сундук и деловито вытаскивали из него, и сразу же раздавали, будто подарки на Сатурналии, короткие дубинки с шипами, велосипедные цепи, монтировки, кастеты, ножи, самодельные кистени, обрезки железных труб и прочие дробящие и колюще-режу-щие инструменты.
Появление Рената и Кассия «люпусы» встретили восторженным ревом, воздев к потолку бывшего храма оружие.
— Кесарь Ренат! — выкрикнул щуплый парнишка, отделившись от толпы, и Кассий его узнал: тот самый сопляк, с которого трибун сорвал футболку с орлом Пятого Мавританского. — У нас есть кое-что… Кое-что важное!
Парнишка весь лучился от гордости.
— Показывай, — велел Стаберий.
Тщедушный «люпус» повел их мимо ринга в какую-то провонявшую потом подсобку, где отворил люк в полу и, взяв в руки фонарь, осветил лестницу в подвал.
— Там, — сказал он возбужденно. — Он там.
«Там» было неожиданно жарко и душно. С потолка капало. От труб отопления веяло жаром.
В центре подвала стоял деревянный стул с гнутыми ножками. К стулу был привязан человек с мешком на голове. Руки пленника прикрутили к бедрам, и пальцы левой руки торчали под странным, неестественным утлом.
Вокруг стояли трое мускулистых «люпусов» в промокших от пота футболках. Сбитые костяшки и довольные туповатые лица ясно давали понять, что здесь происходило
