В пределы Солнечной системы вторгаются артефакты инопланетного происхождения. Самым мощным и загадочным стали Рога — гигантское сооружение, дрейфующее внутри орбиты Меркурия, исследовать которое до конца так и не удалось.
Авторы: Иванович Юрий, Первушина Елена Владимировна, Головачев Василий Васильевич, Князев Милослав, Казаков Дмитрий Львович, Бачило Александр Геннадьевич, Бондарев Олег Игоревич, Фарб Антон, Волков Сергей Юрьевич, Первушин Антон Иванович, Белаш Людмила и Александр, Дашков Андрей Георгиевич, Золотько Александр Карлович, Марышев Владимир Михайлович, Аренев Владимир, Калиниченко Николай Валерьевич, Минаков Игорь Валерьевич, Гаркушев Евгений Николаевич, Зарубина Дарья Николаевна, Алиев Тимур Магомедович, Байков Эдуард, Хорсун Максим Дмитриевич, Фролов Андрей Евгеньевич, Корепанов Алексей, Цюрупа Нина, Соколов Глеб Станиславович, Тищенко Геннадий Иванович
О двуногих рукоголовых кибероидах? О червях, вообразивших себя богами…
— Перестань, — оборвал его Сияющий, — не забывай — они образ и подобие Его.
— Ну так попроси Отца, пусть Он вмешается, исправит, наставит их на путь истинный.
— Он не желает вмешиваться — об этом ты тоже прекрасно осведомлен. Нам нужно самим что-то предпринять, иначе…
— А зачем? Сколько раз вмешивались и пытались навести порядок — жгли небесным огнем, топили земными водами, переделывали их природу… А что толку — само их естество порочно.
— Ты виноват в этом! — с жаром воскликнул тот, что был вооружен мечом. — Если б ты выполнил в точности все то, о чем просил тебя Отец!.. Так нет же — надо было нести отсебятину, вот и натворил дел — теперь не расхлебать…
— Ладно тебе, — искрящаяся тьма за говорившем всколыхнулась, — чего уж теперь ворошить прошлое… Я уже наказан — во веки веков. А что касаемо людей — так они сами себя изживут, недолго осталось, каких-нибудь пару веков, а может, и того меньше.
И он засмеялся, вызвав недоуменный взор второго.
— Смешно, право слово, — пояснил повелитель мрака, — как-то один из них патетично этак заявил: «Человек вошел в мир бесшумно». Да, а другой позже добавил: «Но выйти он может, громко хлопнув дверью, уничтожив самого себя и всю природу вокруг себя». Я ведь что хочу этим сказать, — продолжил он, отсмеявшись, — человек обречен — это однозначно.
— Может быть, дать ему еще один шанс… — задумчиво пробормотал Сияющий меченосец.
— Пустое, — скривился в усмешке Темный, — эта тварь опять все дело погубит. Лучше подумай о том, как сберечь все остальное.
— Ты хочешь сказать, что теперь людей надо начисто стереть с лица Земли, не оставляя даже немногих избранных — лучших из лучших — для новой попытки?
— Именно это я тебе и втолковывал последние, как ты говоришь, несколько миллионов лет. Я вложил в человека свою частицу, но, к сожалению, это было ошибкой — понимаешь, да? — системной ошибкой… и я уже достаточно вынес за свой просчет, а люди все еще живут и плодятся — существа с неустранимым изъяном.
— Что конкретно ты предлагаешь?
— Все очень просто — один-единственный новый вид вируса-убийцы избирательного действия, с которым они уже не справятся. Это будет совершенный антропофаг. А все остальное останется нетронутым. Делов-то…
Сияющий подумал и, тряхнув подобием головы, заявил:
— Я все же попробую достучаться до Отца: если Он соизволит ответить — поступим, как Он скажет, а если промолчит — то сделаем по-твоему.
И они разошлись — каждый в свою сторону: один растворился в искрящейся мгле, другой вознесся к ослепительно полыхающему горнилу небес.
ПРИПРАВА
В ночь на двенадцатое апреля поселок не спал, хотя от Старосты был строгий приказ — по ночам спать, по улицам не шататься, огня не зажигать и бани не топить. Но разве уснешь, когда такой свет в небе? Далеко-далеко за бугристой пеной леса ходили изжелта-зеленые зарева, разгорались белым, как на восход Светила, и угасали, пуская в зенит искры, вроде метеоров. Староста и сам загляделся, даже ругаться забыл. Озадаченно чесал в затылке.
— Должно быть, празднуют… — вывел в конце концов, но неуверенно, в бороду — вроде как бы и не говорил.
Однако Белка все равно услышала.
— А какой нынче праздник? — звонко спросила она. — Яйцеклад?
— Цыц, дуреха! — рассердился Староста. — Который день живешь — церковных праздников не выучила! Не дай Бог, при городских такое ляпнешь! Сразу все про тебя поймут!
— Двенадцатое апреля — День Космонавтика! — заученно протараторил Магога-дурачок.
Он прятался от Старосты за чужим плетнем, но никак не мог утерпеть — высунул патлатую головенку рядом с таким же патлатым кустом крыжабника и доложил по всей науке:
— Новый космонавтик нарождается, а старый улетает на покой, к Земле!
Староста хотел было ухватить его за вихры да наградить разом — и за доклад, и за крыжабник, но тут под ногами вдруг дрогнуло, издали прикатился тяжелый гул. Джунгли ответили на него хором испуганных голосов.
— Гляди-тко! — крикнул на всю улицу Бурило-ма-стер, тыча пальцем в небо.
Лица разом задрались кверху и осветились багрянцем. Из мохнатой тучи, повисшей над поселком, вынырнул остроносый гироплан и, оставляя дымный след с прожилками огня, понесся к земле.
— Гробанется сейчас! — уверенно сказал кто-то.
— Факт, гробанется! — загомонили высыпавшие из хат старатели. — Шестопером ему в самые дюзеля прилетело!
Гироплан
