В пределы Солнечной системы вторгаются артефакты инопланетного происхождения. Самым мощным и загадочным стали Рога — гигантское сооружение, дрейфующее внутри орбиты Меркурия, исследовать которое до конца так и не удалось.
Авторы: Иванович Юрий, Первушина Елена Владимировна, Головачев Василий Васильевич, Князев Милослав, Казаков Дмитрий Львович, Бачило Александр Геннадьевич, Бондарев Олег Игоревич, Фарб Антон, Волков Сергей Юрьевич, Первушин Антон Иванович, Белаш Людмила и Александр, Дашков Андрей Георгиевич, Золотько Александр Карлович, Марышев Владимир Михайлович, Аренев Владимир, Калиниченко Николай Валерьевич, Минаков Игорь Валерьевич, Гаркушев Евгений Николаевич, Зарубина Дарья Николаевна, Алиев Тимур Магомедович, Байков Эдуард, Хорсун Максим Дмитриевич, Фролов Андрей Евгеньевич, Корепанов Алексей, Цюрупа Нина, Соколов Глеб Станиславович, Тищенко Геннадий Иванович
— У нас два варианта. Первый — выйти на орбиту вокруг сингулярного кольца…
— Чего?!
— У вращающейся чёрной дыры центр сингулярности не точка, а кольцо.
— Быстрей говори, нас сейчас окончательно расплющит! Я уже не чувствую ни рук, ни ног!
— Если выйдём на орбиту — выживем.
— А дальше?
— Будем вращаться, пока не кончится энергия.
— Второй вариант хуже или лучше?
— Второй — нырнуть в кольцо сингулярности.
— И что будет?
— Есть шанс выплыть из чёрной дыры.
— Куда?
— Этого никто не знает. Скорее всего мы пересечём оба горизонта и выпадем в нормальное пространство за пределами дыры. Но это может быть и пространство другой Вселенной.
— Чёрт! Командир, нет сил терпеть, меня сдавило в сосиску!
— Ум, ныряем в кольцо! — принял решение Денис, сознание которого начало пульсировать, то гаснуть, то разгораться.
«Амур» нацелился на зрачок тьмы впереди.
Стало трудно дышать.
— А-а-а! — закричал кто-то плачущим голоском.
Денис напрягся изо всех сил, пытаясь остановить процесс сплющивания… и проснулся.
Вокруг царила привычная рабочая тишина, нарушаемая едва слышимыми скрипами и звоночками кабины управления. Космонавты сидели в своих креслах, не снимая скафандров, только откинув пузыри шлемов. Носовой экран впереди показывал звёздные россыпи, из которых выделялись три самые яркие звезды — Альнилам, Минтака и Альнитак, образующие так называемый пояс Ориона. Корабль мчался чуть в сторону от него с почти световой скоростью, но его целью пояс не был. Да и достичь звёзд пояса он не смог бы, потому что лететь к ним надо было больше тысячи лет
.
— Выспался, Андреевич? — спросил Слава Абдулов, заметив как пошевелился командир.
— Выспался, — буркнул Денис, глянув на хронометр; поспать удалось всего три с половиной часа; несмотря на наличие кают, спали в кабине управления согласно инструкции. Выходили из кабины только по надобности, хотя скафандры имели устройства для утилизации физиологических отходов; «берегли» удобства.
Корабль находился в пути уже почти три недели.
Испытав новую программу и защитную систему, позволяющую ему набирать скорость невиданными темпами — шпугом, как обозвали эту программу создатели, «Амур» пересёк Солнечную систему за два дня и вышел в открытый космос, за пределы родной планетной семьи.
Настроение у экипажа было будничное. Все понимали особенности разведрейда и на пустопорожние разговоры не отвлекались. Важно было вовремя заметить нарастание гравитационного поля, оценить его градиент и остановиться до того, как корабль затянет в чёрную дыру.
Редко шутил даже неунывающий ни при каких обстоятельствах Слава Абдулов, прозванный за свою находчивость Артистом. Лишь один раз он затеял с бортинженером пикировку, откликнувшись на его сентенцию, что мир спасёт красота.
— Красота спасёт мымр! — ответил он Михаилу. — А мы все ляпнемся в дыру!
Бортинженер не сдержался, ему тоже было скучно, и он заметил, что Вячеслав дилетант в астрофизике, что ничего ещё неизвестно, что Рога могли дать вероятностный прогноз, а не реально осуществимый, и что его друг-физик не верит в наличие искусственно созданной чёрной дыры.
На что Абдулов презрительно махнул рукой и ещё более презрительно объявил:
— Как говорил великий юморист, не помню фамилии: скажи мне, кто твой друг, и идите оба на хрен!
Хохотнул Глинич.
Жуков угрожающе начал выбираться из кресла, и улыбнувшийся Денис осадил его властным голосом:
— Отставить дурацкие споры! Не отвлекаться! Посажу на гауптвахту!
Михаил успокоился. Обижался он картинно и абсолютно беззлобно.
Прошло ещё трое суток.
«Амур» по-прежнему мчался вперёд как снаряд, пущенный во тьму из жюльверновской пушки, но не слепо — как настоящий снаряд: все его системы работали в нормальном режиме, а исследовательский комплекс «Аргус», дополненный «Зорким соколом», ежеминутно сообщал о полевой обстановке.
На двадцатый день не выдержал Глинич:
— Не понимаю…
— Ты о чём? — осведомился Жуков.
— Технологическая зона погибшей цивилизации не должна тянуться бесконечно. Мы на протяжении года встречали всякие обломки, за это время Солнечная система, двигаясь со скоростью триста километров в секунду, преодолела около десяти миллиардов километров.
— Ну и что?
— Центр цивилизации, а это не что иное как его светило, уже давно было бы обнаружено. А раз оно не видно, значит, звезда эта ухнула в чёрную дыру, которая убегает от нас.
— С чего ты взял?
— Все артефакты, пересёкшие
Расстояние до Альнилама — эпсилон Ориона, голубого гиганта, составляет 1300 св. лет.
