Пять частей романа – это пять трагических судеб; пять историй о дружбе и предательстве, вере и вероломстве, любви и равнодушии, о том, как делаются в современной России Большие Деньги и на что могут пойти люди, когда Большие Деньги становятся Большой Пайкой; это пять почти документальных биографий, за которыми встает история новейшего российского бизнеса. Произведение яркое, с собственным почерком, искусством построения интриги и характеров. Сквозь авторский вымысел явственно просматриваются документальные сцены и конфликты, подлинные фигуры и поныне существующие в бизнесе.
Авторы: Дубов Юлий Анатольевич
автоматы за спину, побежали к выехавшей на бетонку «Волге».
Газета «Московский комсомолец». Рубрика «Срочно в номер». В Подмосковье начали угонять танки.
На одну из воинских частей, расположенных в Подмосковье, было совершено дерзкое нападение. Вечером в четверг неизвестные люди, вооруженные автоматическим оружием, оказались в расположении части, захватили оружейную комнату, согнали всех солдат и офицеров в помещение казармы и заперли. Только через четыре часа прапорщику Селиверстову удалось, высадив зарешеченное окно, выбраться наружу и освободить товарищей. Каково же было удивление начальника в/ч полковника Крячкина, когда выяснилось, что нападавшие угнали с территории части танк с полным боекомплектом. Розыскные мероприятия, проведенные силами незадачливых военнослужащих, позволили довольно быстро обнаружить танк – он был брошен похитителями примерно в трех километрах от расположения части. Неизвестные произвели из танка всего один выстрел, которым был подбит автомобиль «Гранд Чероки». Сгоревшую машину нашли в кустах неподалеку от бетонки. В ней находились два трупа, один с множественными пулевыми ранениями. Прокуратурой Московской области по данному факту возбуждено уголовное дело.
Полковник Василий Корецкий, старый знакомый всей инфокаровской компании, бывший заместитель директора Института по режиму и первый муж Вики, слушал умного человека Рабиновича и морщился.
– Я что, должен объяснять это своими словами? – раздраженно произнес полковник, дождавшись паузы. – Иначе вам не понятно? Без моих объяснений? Вы не уразумели, что происходит, да? Извольте, я вам растолкую. Он, – Корецкий показал пальцем вверх, – просто в ярости. Понимаете, что это значит? Всех уже подняли. Если оперативная информация подтвердит, что разборку устроила ваша шпана, мой вам совет – собирайтесь и мотайте отсюда. На историческую родину или куда хотите. Убийство Беленького «папа» никому не простит. И своим передайте. Все, ребята! Погуляли – и хватит. Порезвились, постреляли… Я только сейчас с МВД говорил. Они уже занимаются. Главная военная прокуратура подключилась. Но разбираться с вами, чтоб уж до конца понятно было, будем мы.
Умный человек Рабинович слушал Корецкого, сокрушенно кивал головой, теребил в руках потертый портфель, но явных признаков испуга не обнаруживал.
– Василь Иннокентьич, – вклинился он наконец, когда полковник остановился, чтобы перевести дух. – Василь Иннокентьич, вы послушайте меня. Вы же меня знаете. Если что, я бы к вам никогда не пришел. Мамой клянусь, все было не так. Ну, недоразумение. Ну, погорячились. Но ведь все понимают, с кем имеют дело. Не дураки же кругом. У всех бизнес, семьи, дети, наконец. Вы мне скажите, вы знаете такого дурака, который на вас полезет? Знаете вы такого глупого идиота?
– Знаю, – произнес Корецкий. – Это вы. И ваши костоломы. Вы мне сейчас будете объяснять, что это он сам себя застрелил? А потом танк угнал?
– Василь Иннокентьич, – проникновенно сказал Рабинович, – вы меня сколько лет знаете? Я когда-нибудь глупости делал? Или водил компанию с идиотами? Я ведь вам сам позвонил, чтобы вы здесь ошибок не наделали…
– Благодетель. – Полковник потер затылок. – О нас беспокоитесь? А я вам так скажу: ваша компания сейчас – это версия номер один. И номер два тоже. Потому что, кроме вас, некому.
– Ошибаетесь, Василь Иннокентьич, – поправил Корепкого собеседник. – Насчет того, что некому, это вы очень даже сильно ошибаетесь.
– И вы хотите, чтобы «папа» поверил в эту чушь? – иронически спросил Корецкий. Он так рассердился, что дважды назвал своего непосредственного начальника «папой», чего при посторонних никогда себе не позволял.
– А это уж вы, Василь Иннокентьич, сами решите, – развел руками Рабинович. – Вы поймите – у меня с собой документы есть. Они мне немалых денег стоили. Стал бы я платить, если бы вопрос стоял менее остро?
Видно было, что платить Рабинович не стал бы.
– Ну давайте, – неохотно согласился полковник. – Показывайте ваши документы. Рабинович положил портфель на стол.
– Я их вам оставлю, Василь Иннокентьич, – сказал он. – Здесь подлинники, имейте в виду. Давайте я вам для начала словами расскажу.
Полковник кивнул.
– Есть одна фирмешка, – начал Рабинович. – Крупная довольно. А известно про эту фирмешку вот что. «Крыша» у них – чеченцы. Это раз. Их склады охраняет военная техника. Танки, между прочим. Это два. С покойным у них были дела. Это три. И они ему должны деньги, причем немалые. Это четыре. Интересно?
Полковник пожал плечами.
