Пять частей романа – это пять трагических судеб; пять историй о дружбе и предательстве, вере и вероломстве, любви и равнодушии, о том, как делаются в современной России Большие Деньги и на что могут пойти люди, когда Большие Деньги становятся Большой Пайкой; это пять почти документальных биографий, за которыми встает история новейшего российского бизнеса. Произведение яркое, с собственным почерком, искусством построения интриги и характеров. Сквозь авторский вымысел явственно просматриваются документальные сцены и конфликты, подлинные фигуры и поныне существующие в бизнесе.
Авторы: Дубов Юлий Анатольевич
Я, по правде, в договорах слабо разбираюсь. Вот если посчитать чего…
– Так ведь ты уже посчитал! – обрадовался Петя. – Нормально получается? Лучше, чем депозит? Слушай, не завизируешь?
– А почему я должен визировать? – возразил Виктор, против воли испытывая удовольствие. Петю он никогда особо не любил, и уж конечно, неожиданные кадровые назначения в СНК не прибавили ему теплых чувств. Однако просьба Кирсанова была Виктору приятна – тем самым Петя в открытую признавал, что в финансовых делах Сысоев понимает намного больше, чем он. Да в конце-то концов! Если уж подбирать себе место, то СНК ничем не хуже любого другого. Какая, собственно, разница? Ну станет Сысоев заместителем не у Платона, а у Пети Кирсанова. Зато рядом будет Федор Федорович, общаться с которым Виктору было все проще и проще, в то время как отношения со старыми друзьями становились все сложнее и сложнее. И Петя будет в нем нуждаться уж точно больше, чем Платок, и ощущение собственной никчемности быстро пройдет…
– Ни почему, – обиделся Петя. – Я же к тебе, как к другу… Ты считал? Ну и завизируй. Мне через час уже на подписание ехать.
Пока Виктор делал вид, что все еще раздумывает. Петя затараторил скороговоркой:
– Я, кстати, давно хотел тебе предложить… Если только ты не против. Не хочешь пойти в СНК первым заместителем? Они меня совсем затрахали. За каждой мелочью надо в «Инфокар» бежать. Ладно бы еще к Мусе. А то – к Цейтлину. Ты же его знаешь. Мне не с кем, абсолютно не с кем посоветоваться. Кто у меня есть? Эф-Эф? Он не по этой части. А больше никого. Давай, а? Про зарплату не беспокойся – нормально будет. Все остальное тоже, как у членов Совета. Мы вдвоем такого понаделаем… Кстати, ты ведь и начинал все это. Я имею в виду СНК. Я точно знаю. Это все Марк придумал, чтобы тебя отодвинуть. Я Платону еще тогда говорил, ну когда он меня ставил, что не по-людски получается. Вот давай и исправим все это. С Платоном я договорюсь. Ну как?
Виктор пододвинул к себе договор и размашисто поставил на последней странице подпись. Может, он зря так относился к Пете в прошлом? Что-то в нем есть. Не боится признаться, если чего-то не знает. Чувствует несправедливость. Способен по достоинству оценить человека.
– Погоди, – сказал Виктор. – Я что-то не понял насчет первого зама. Ты ведь и есть первый зам.
– Ну и что. Будет два первых. Обычное дело. У министра тяжелого машиностроения семь первых замов было – и ничего. А тут два. Так как,согласен?
– Я подумаю, – пробормотал Виктор, выбираясь из кресла. – Надо с Платоном посоветоваться.
– А я о чем? Сейчас позвоню ему, и все решим. Что там советоваться?
Виктору все же удалось отговорить Петю от немедленного звонка. Почему-то ему захотелось воспользоваться этими, может быть, последними остающимися ему часами свободной и не обремененной ответственностью жизни. В том, что Платон даст Пете добро, Виктор не сомневался.
Он просто не знал, что Петя и не собирался звонить Платону. Положение единственного первого заместителя генерального директора Петю вполне устраивало. На кой черт ему нужен еще один такой же, да с прямым выходом на Платона, Мусу, Ларри, и плюс ко всему с репутацией человека, начинавшего СНК? Виза на договоре – это да, полезно. Лишняя закорючка никогда не помешает. А Платону звонить вовсе и не нужно. Тем более что сам Сысоев этого делать не будет – амбиции не позволят. Потом вполне можно будет сказать ему, что подходящего момента, дабы поднять этот вопрос, просто не представилось. И все будет совершенно нормально. Главное, чуть-чуть удалось растопить холодок в отношениях. Всяческие трения и сложности Петя недолюбливал. В отношениях с людьми лучше всего двигаться в сторону разрядки напряженности. Когда-нибудь, спустя время, можно будет предложить Виктору еще что-нибудь. Во! Должность советника. Или директора-координатора. Он теперь на крючке. Если немного поманежить, то согласится на что угодно и еще благодарить будет. Классная идея!
– Кто спрашивает? – поинтересовался Петя, с неохотой отрываясь от папки с вырезками про СНК. – Я же просил не беспокоить.
– Из Будапешта, – ответила секретарша. – Господин Дьердь Эстерхази. Говорит, что по срочному делу.
– А раньше он не звонил?
– Нет, никогда не звонил,
– По-русски говорит?
– Плохо. Но понять можно.
– Давай.
– Господин Кирсанов? – раздался в трубке голос с экзотическим акцентом. – Это Дьердь Эстерхази, будапештское бюро Дрезднер-банка. Здравствуйте, господин Кирсанов.
– Здравствуйте, господин Эс-тер-ха-зи, – прочел Петя записанное на бумажке
