Они — простые русские мужики, многое испытавшие, побывавшие на войне и прекрасно знающие горечь поражения и радость побед. Единственное, что им нужно, — чтобы им не мешали строить свое собственное будущее, чтобы ни правительство, ни силовые ведомства не сковывали им руки. И они заслужили такое право — объединившись в кланы, став новой аристократией возрожденной России.
Авторы: Косенков Виктор Викторович
Всего лишь одного звонка достаточно, чтобы вы пришли один по указанному адресу?
Рогожин кинул взгляд в сторону. В подвальчике было немноголюдно. Какая-то парочка сидела в дальнем углу, да мужчина в красной спортивной куртке с аппетитом жевал отбивную. Ничего такого, чего стоило бы бояться.
— Нет, — покачал головой человек. — Не думаю. Вы бы поинтересовались: мол, кто звонит да почему, да пошла бы тягомотина…
— Кстати, вы не представились, — напомнил Рогожин.
— И не буду. Поверьте, Денис, это вас не должно волновать. Достаточно и того, что вам известно: я связан с очень серьезными людьми. Пусть я не являюсь частью их схем. Но вся деятельность таких людей входит в сферу моих интересов. И, поймите меня правильно, меня устраивает текущее положение дел.
— Эту песню я уже слышал.
— Может быть. Но вы не вслушались в слова. Положение в Питере изменилось. Это сильно портит общую картину. Тревожит и меня, и тех, кто выше меня.
— А что, и такие есть?
— Есть. Но разговор сейчас не о них.
— Знаете, кем бы вы ни были, — Рогожин зло раскрошил печенье в пальцах, — но я конкретно не догоняю, о чем сейчас разговор. Пусть он тридцать три раза деликатный, но все же давайте перейдем к делу. Или хотя бы пододвинемся к нему поближе.
— А мы и так ближе некуда, Денис. Я имею в виду связь с цыганами.
— Это мое дело.
— Ваше. — Человек в черном кивнул. — Именно что ваше. Надеюсь, вы понимаете, что и ответственность за это дело несете вы? Вы работаете с цыганами и поставляете на рынок Питера некачественный товар. На это не идут даже те, кто на этом рынке работает уже долго. Такое поведение вне правил.
— И что?
— И то, Денис, что вы не учли реальной ситуации. Вы не учли государственной политики, Денис.
— А при чем тут это?
— При том. Почему, вы думаете, серьезные наркотики — героин, крек и другая синтетика — на рынок не поступают? Почему найти кокаин сложнее, чем левый ствол? При этом довольно широк спектр травы и других препаратов естественного происхождения.
— Почему?
— Потому, Денис, что уничтожить наркобизнес невозможно. Но его можно контролировать. Всегда найдутся идиоты, которые хотят свести счеты с жизнью. Всегда есть больные, зависимые люди. Их лечат. Иногда успешно, иногда нет. Положение довольно шаткое. Как, впрочем, любое равновесие. Государству нужны деньги, чтобы лечить этих самых больных, зависимых наркоманов. Благое дело, не находите?
— Мне, если честно, все равно. Если есть идиот, желающий отравиться, то это его право.
— Может быть. Где-то я даже с вами согласен. Но государству нужны деньги. И мы их ему предоставляем.
— При чем тут я?
— При том, Денис. Вы связаны с цыганами. Которые делают некачественный товар. Который гробит людей значительно быстрее, чем вся известная линейка других наркотиков, имеющих хождение в Питере. Вы нарушаете баланс, Денис. Но я вас не виню. — Собеседник поднял руку, словно отметая любые возражения Рогожина. — Я вас понимаю. Вы молодой, энергичный человек. У вас, может быть, значительное будущее. Но сейчас вы сильно портите государству жизнь. Это неправильно.
— Вы хотите, чтобы я кому-то платил?
— Нет. Платят другие. Брать деньги от вас бессмысленно.
— Почему?
— Синтетический героин. Вы производите и торгуете препаратом, который не дает шансов на успешный исход лечения. Понимаете? Никаких шансов. Лечить людей, которых невозможно вылечить, даже если это делать на деньги того, кто их убивает, кто продает им концентрированную смерть… Нелогично и глупо.
— И что вы предлагаете?
— Да. — Человек улыбнулся снова, широко, показывая зубы. Рогожину показалось, что клыки у собеседника немного длиннее обычного. — Я могу предложить.
— Что?
— Вы сворачиваете работу. Более того, цыганы теперь это ваша проблема. Их выбивали из Питера старательно и последовательно. Но теперь пришли вы и дали им возможность торговать. Это ваша проблема.
Рогожин покрутил синюю кружку в ладонях. Обмакнул в остывший кофе указательный палец, облизнул его.
— Чего-то я не понимаю, — сказал Денис, прищуриваясь. — А почему, собственно, вы сами не умоете цыган и меня заодно? Раз вы такие крутые… Почему не спустите собак? Государство, о котором так печетесь, не натравите?
— На цыган? Или на вас? — поинтересовался человек. — Тут, видите ли, есть ряд нюансов. Во-первых, убрать вас как персону ничего, конечно, не стоит, но и пользы особенной не принесет. Потому что за вами, вы простите, Денис, разгребать и разгребать. А во-вторых, разбираться с цыганами на государственном уровне, мягко скажем, не хорошо. Дело будет пахнуть дурно. Вам ведь знакомо слово «геноцид»? Государство
