Они — простые русские мужики, многое испытавшие, побывавшие на войне и прекрасно знающие горечь поражения и радость побед. Единственное, что им нужно, — чтобы им не мешали строить свое собственное будущее, чтобы ни правительство, ни силовые ведомства не сковывали им руки. И они заслужили такое право — объединившись в кланы, став новой аристократией возрожденной России.
Авторы: Косенков Виктор Викторович
поблескивал глазами из-под седых бровей.
— В общем, поговорили мы с ним, а через полчаса я выглядываю в окно и вижу его труп. При этом он в разговоре упоминал про Полянского и Рогожина.
— А кто такой Рогожин? — поинтересовался Вязников.
— Да есть тут один деятель… Из новых.
Полянский заерзал в глубоком кресле и осторожно подал голос:
— Тут у нас в конторе такое дело случилось… — и рассказал о разгроме своего кабинета. — А потом мой компаньон попросил номер Тишкина… Получается, как раз в тот день, когда его убили. Может быть, тут и связи никакой нет, но нервничал Валентин серьезно…
— А зачем, не сказал? — поинтересовался Иван Иванович.
— Сказал… — неохотно признался Миша. — Хотел с вами встретиться по поводу нападения на офис.
— А ты сам почему не связался? — Хозяин кабинета удивленно поднял брови.
— В том-то и дело, что Валя настаивал. Хотел все без моей помощи уладить. Он странный был. Утверждал, что едва ли не сам во всем виноват.
— Может, он все это и организовал? Какая у тебя доля в фирме? — спросил Вязников.
— Да ну! Не смешите. Он бы мой пай выкупил и не поморщился.
— Да… — задумчиво пробасил Иван Иванович и уставился на медленно поднимающийся к потолку дым от сигары.
— Гадать и строить версии можно сколько угодно, — твердо, словно подводя черту под разговором, сказал Вязников. — Я думаю, нужно искать Рогожина…
Дом Морозовых
Вязников пробирался сквозь ватагу танцующей молодежи в гостиной у Морозовых. Дети решили устроить вечеринку и явно собирались отдохнуть по полной программе. Некоторых приглашенных Александр уже встречал, а некоторых видел впервые. И хотя наутро после таких сборищ отчаянно болела голова, он с удовольствием растворялся в бездумном веселье. Ему нравилось срывать глотку, чтобы перекричать музыку. В такие моменты ему было по душе даже то сладкое пойло, которое сверстники его детей именовали сидром.
В толпу молодых людей гармоничным образом вписывался Юрий Павлович. Он показывал трофейную «беретту», с которой воевал в девяносто первом. Юноши, затаив дыхание, брали в руки пистолет, рассматривали. Те, что увереннее, пытались даже разобрать. Старший Морозов с тайным удовольствием созерцал удивленную растерянность на лицах юных вояк, когда на столе обнаруживались лишние детали.
— Сдаюсь, — поднял руки молодой человек.
— Разбирай снова, я покажу, — ворчал Юрий Павлович.
«Каждый на этих вечеринках находит что-то свое», — довольно подумал Саша. Его жена, внимательно наклонив голову, прислушивалась к сбивчивому рассказу молодой девушки. Вязникову даже показалось, что он где-то видел ее раньше. Вика делала пометки на небольшом листике бумаги. Девочка подглядывала, что-то подправляла.
В дверях появился Игорь, поймал взгляд Александра и махнул рукой в сторону кабинета.
— Иду, — крикнул Вязников.
В кабинете было немного тише.
— Ну как? Слышно что-нибудь новое? — поинтересовался Игорь.
— Пока ничего, — вздохнул Саша. — Не знаю, что и думать. Иваныч молчит…
— Понятно. Лишь бы только это не было затишье перед бурей.
— Да ладно тебе тоску наводить, — фыркнул Вязников на Игоря. — Не бывает такого врага, которого нельзя убить.
Александр отсалютовал Морозову, отхлебнул из бутылки и чуть не поперхнулся, когда возле уха просвистела створка двери. В кабинет вломились Валера Огарев в обнимку с Юрием Павловичем. Оба были изрядно навеселе и пытались напевать «Перед грозой так пахнут розы…»
— Вечеринка явно пошла вразнос…
Огарев со старшим Морозовым исполнили нечто вроде импровизированного канкана и утащили Игоря в общий зал.
Следом за ними вышел Вязников.
Троица промчалась через молодежь, сопровождаемая женским визгом. Кто-то брызгал на расходившихся «Черепанов» водой, кто-то смеялся, присоединяясь к импровизированному «ручейку», и вскоре уже все были вовлечены в хоровод. Кружились по залу.
— Перед грозой так пахнут… — ревел ведущий Юрий Павлович.
— Кооозы!!! — горланила молодежь.
Все это вертелось, кружилось, топотало с такой силой, что Вязников даже испугался, не провалится ли веселая компания в подвал.
Из хоровода вывалился раскрасневшийся Огарев, ткнулся спиной в дверь около Александра.
— Фух! Как, однако, славно получается! — Валера прихлебнул из ближайшего стакана. Поморщился. — Все-таки дрянь они пьют. Никакой культуры пития!
— Зажигаешь?
— Я? — удивился Валера. — Нет, это Юрий Павлович волну гонит. Ему ди-джеем надо работать где-нибудь в ночном клубе.
— Для тех, кому за?..
— Издеваешься? Для тех, кому до. Деньгу зашибать будет.
Валера
