Лето 1915 года. Первая мировая война в самом разгаре. Российский Генштаб получает информацию о применении немцами на Западном фронте нового, поистине дьявольского оружия, разработки которого ведутся в секретной лаборатории в Баварских Альпах. Для ее разгрома в тыл врага отправляется отряд русского спецназа. Их специально готовили для десанта в Тибет. Они владеют не только всеми видами оружия, но и оккультными практиками.
Авторы: Марков Александр Владимирович
а бетонными, они все равно расколются. Но от них отвалилось только несколько маленьких кусков. Австровенгры построили этот форт на славу. Бетон был очень хорошего качества.
– Командир, левая башня накрылась, – услышал он сквозь гул в ушах.
– Прямое попадание? – Мазуров все никак не мог прийти в себя.
– Нет, по касательной. Но ее тоже заклинило.
– Я посмотрю.
Когда Мазуров влез в башню, то поначалу ничего не мог разглядеть изза дыма. Штурмовики хватались за уши, из которых тонкими струйками вытекала кровь, пошатываясь ходили, натыкаясь то на стены, то друг на друга, все перемазанные бетонной пылью, отчего их лица стали серыми, как у трупов. Глаза вылезли из орбит. Зрелище было отталкивающим. Они ничего не слышали, даже собственных стонов.
Башню перекосило. Пол оставался ровным, почти ровным, но стены заметно сместились. Башня не могла поворачиваться вокруг оси. Собственными силами штурмовикам эту поломку не исправить.
– Этих в лазарет! – закричал Мазуров, указывая на контуженых штурмовиков.
«Где у них эта чертова мортира?»
Она не такая большая, конечно, как «Берта», из которой германцы обстреливали Париж, но, если ее не уничтожить, она выведет из строя все орудия форта, и тогда обороняться придется только автоматами.
«Они могли притащить ее только по железной дороге. Но она может стоять в нескольких километрах от форта. Как же ее найдешь? А стрелять наугад все равно что по воробьям. Черт. Черт».
Было еще слишком темно. Мазуров приник к амбразуре. Поверхность моста колыхалась, и сперва Мазуров подумал, что такой эффект получался изза слезящихся на ветру глаз, но потом он понял, что по мосту идет колонна людей. Но это еще не откатывающиеся под натиском русских войска австровенгров, а беженцы из мирного населения с мешками за плечами, с тележками, куда они погрузили свои пожитки. Пропагандистская машина наверняка давно внушила им, что русские хуже варваров, придут и разрушат все на своем пути, подожгут дома, надругаются или убьют их обитателей, поэтому лучше, бросив все, что не помещалось в повозки, бежать от них прочь. Они уже не оборачивались на звуки недалеких взрывов и даже не ускоряли шаг.
Мазуров не заметил, когда они появились, и, возможно, они видели и воздушное сражение и сейчас смотрели на то, как разрушается форт, не понимая, зачем это делается, но, возможно, уже распространились слухи, что форт заняли русские.
Вокруг располагалось четыре венгерских населенных пункта. Мазуров не смог воспроизвести их названия. Венгерский язык слишком труден для русского рта.
Опять этот противный свист летящего снаряда, который разрезает воздух, спрессовывает его. Мазуров не увидел вспышки выстрела. На этот раз люди на мосту заволновались, думая, наверное, что стреляют по ним, а они в эти мгновения были так беззащитны, что одного выстрела хватило бы, чтобы разрушить мост, разбить один из быков, на котором он держался, и тогда все они рухнут в Дунай. Но имто пока ничего не грозило.
Огромный фонтан воды взметнулся на поверхности реки, поднявшись на добрых два десятка метров, завис, точно оледенел, потом стал опадать, рассыпаться, а брызги оросили края форта.
Вот когда ему нужен был хотя бы один истребитель для корректировки. Тот нашел бы мортиру, но все они ушли, оставили форт без воздушного прикрытия.
– Воздушный шар, – доложили Мазурову, – у них появился воздушный шар.
Он висел, похожий на облако, опутанное сетью, точно люди решили охотиться на странных зверей, живущих на небесах, чуть деформированный оттого, что его не полностью заполнили теплым воздухом, и бока его не натянулись, не раздулись, не затрещали. Видимо, готовили его в спешке, и как только он оторвался от земли, как только смог подняться на нужную высоту, люди перестали закачивать в него теплый воздух. По бокам шара гулял ветер, разглаживал их.
Под шаром болталась гондола, и Мазурову казалось, что он видит, как блестит свет на стеклах бинокля сидящего в ней наблюдателя. Чтобы ветер не унес шар, к нему привязали толстую веревку. Она натянулась и, наверное, звенела сейчас от напряжения, но все же держала шар не хуже якоря. Ветру с ней не справиться, как он ни дуй.
«Вот кто корректировал огонь мортиры!»
На шаре наверняка была рация, ведь не знаками же с нее отдавали команды, но мортира все равно должна находиться гдето поблизости от него. Мазуров опять пожалел, что истребителей прикрытия больше нет, ведь любой из них легко бы расправился с этим шаром, но теперь у него появилась хоть одна цель. До нее было километра два. В распоряжении Мазурова оставались еще две зенитки. Достанут они шар или нет – это вопрос. Но лучше уж попробовать сбить шар, чем вообще ничего не делать.
